Постарался накрыть рукой, но больно ударило в ладонь и откинуло. Я напрягся, использовал технику. Розовая дымка рассеялась, а я смог дотронуться до письма, но его охватила голубоватая защитная оболочка. Тот кто создал эту технику, явно был не новичком, мелкая рунная вязь пробежала. Дышать становилось всё труднее, а ориентироваться в пространстве практически невозможно, щипало глаза.
Нет, я ринулся в сторону, где предположительно находилась дверь, но пространство резко закрутилось, что-то летело мне на встречу, больно приложившись лицом, повалился на пол. Всё тело драло, кашель раздирал горло, а боль продолжала нарастать, словно что-то засело внутри меня. Коснулся невидящих глаз, от слезных каналов текла жидкость и это были не слезы. Последнее, что помню, был шум, какой-то странный и далекий, но до боли знакомый, откуда-то из прошлого. После этого провалился в мучительное забытье, калейдоскоп рваных воспоминаний из двух миров смешавшийся с бредовыми галлюцинациями.
Трущобы раскинулись вокруг огромного гигаполиса Москва, заневшей внушительную площадь около одного миллиона квадратных киллометров. Нет, сама столица, конечно, не сплошная и внутри периметра, где проживает полтора миллиарда людей, есть обширные природные зоны, области с нижней застройкой и обширные участки дворянских родовых земель, но у жителей Империи давно принято считать этот город единым целым. Он сокрыт от остального мира куполом древних, одна из немногих первородных магических техник, которую удалось сохранить и воспроизвести. По сути же столица это страна в стране и даже большинство простолюдинов, живущих внутри, считают себя людьми высшего сорта. Не стоит говорить уже о дворянах.
Укус взобрался ещё выше на холмистую местность, вырвавшуюся из тисков беспорядочной застройки, здесь, за вечным барьером охраняющим покой самого важного города Земли, раскинулись трущобы, частично построенные на остатках цивилизации древних. Если площадь для столицы была полностью очищена, за исключением некоторых важных и весьма ценных строений, как в культурном плане, так и в технологическом, сохранившиеся по сей день, почти в первозданном виде. То все остальные здания, как остовы гигантских небоскребов покрывающие огромное пространство на континенте, были полностью разобраны и переработаны. А если учесть огромную площадь, которую занимала столица, подобное просто поражало. Как и те, кто всё это мог оставить. Вопрос, что это были за люди и были ли это вообще люди, ходит много теорий и легенд, но плешивый змеемордый управитель сети приютов трущоб задумался редко. Его всегда интересовали более приземленные темы.
Но сегодня, наверное, настал такой момент, либо он перебрал лишнего, а в последнее время с алкоголем и другими запрещенными веществами у него завязалась тесная дружба. Череп был в ярости, но не потому, что Укус потерял миллионы, нет, об этом он к большой радости ещё не узнал. А потому, что эта высокая заносчивая сучка Мелисса, драли бы её черти во все щели, доложила и очень удачно. Босс обозлился, София и гребанный Рэй оказались очень ценными. Их не требовала пока выдать знать или проведать, как это иногда случалось, с пацаном там была совсем мутная история, а вот с девчонкой. Клан, к которому она принадлежала, перестал выделять деньги на содержание и сокрытие этого нелицеприятного факта.
Скрывать потерю содержанки от Черепа долго Укус не мог и после очередной проверки, всплыла огромная дыра в учёте этих самых элитных детишек, часть информационной базы после смерти одного из IT специалистов на просторах трущоб, попросту стала недоступной, так как все коды доступа хранились в его криптоген-слепке личности, полностью уничтоженном. От чего идентифицировать примерно четверть бастардов стало затруднительно, какие-то данные удалось восстановить по рукописным записям и журналам. Но подобный учёт информации мало использовался и Укусу крупно повезло, что этот устаревший метод использовался хоть где-то. А определение не идентифицированных детей затруднялось особенностью дворянских генов, которые, как правило, шифровались специальными техниками, не позволяющими или очень сильно затрудняющими установление принадлежности к знати.
Бастарды уже давно не были основным бичём дворянского общества. Такое обычное явление, но по прежнему далеко не все и не всегда хотели афишировать подобное. Ведь многое зависело от кого конкретно получился такой бастард и если взять жителей столицы, пусть даже это будет простолюдин, некоторые дворяне могли принять подобное. Насколько знал Укус, а ему не законному модификанту приходилось полагаться лишь на сеть и информаторов, ведь в столицу с таким генетическим кодом путь однозначно был заказан. Но в его случае эти бастарды были весьма нежелательны, но даже тут дворяне не скупились, платя за сокрытие и содержание. На сколько им бы не были противны собственные выродки в корыстных целях они могли использовать и их. Особенно, если незаконнорожденные имели хороший магический потенциал.
