— Добро пожаловать, надеюсь, мой горячий приём с прекрасной музыкой вам понравился, — вампир широко улыбнулся, от чего кожа на его худом, болезненно бледном лице натянулась, а острые, немного более длинные, чем у обычных вампиров, клыки показались из–под верхней губы.
Он медленно приближался к ним, они это видели, но взгляд этих янтарных глаз, этот странный голос, будто сковали их по рукам и ногам, хоть это были и не чары, ведь Адриан тогда бы не поддался. Это был страх, настоящий, животный, первобытный страх перед хищником, перед хищником, который во много раз сильнее тебя, но при этом ты осознаёшь, что встречи с ним не удастся избежать, прибегнув даже к самой изощрённой хитрости. И понимание этого, принятие факта заставляет конечности каменеть, а душу и сердце покрыться ледяной коркой . Его широкие нетопыриные крылья на тонких костях окутали вампира, словно плащ, делая его похожим на какое–то жуткое мифическое существо, которое являлось бы, скорее всего, предвестником как минимум чумы, если вообще не конца всего живого в этом мире. Даже Дезард, обычно реагирующий на всё молниеносно и довольно враждебно, особенно зная, что сейчас рядом опасность, не натянул тетивы, хотя стрела уже лежала на ней, он продолжал смотреть на всё ближе подходящего вампира. А кровопийце беспомощность его потенциальных противников, казалось, доставляла истинное удовольствие. По крайней мере, так можно было подумать из–за того, как он кончиком языка проводил по своим тонким, бескровным губам.
— Вижу, вы не настроены разговаривать, что же… — вампир снова настиг приступ страшного кашля, а после он ещё плотнее обернул себя крыльями, будто бы ему было холодно, а этот кашель — не более чем обыкновенная простуда.
Словно прочитав их мысли, вампир провёл рукой по своему почти плоскому носу, как обычно делают крестьяне или дети с насморком, после чего снова обвёл их взглядом и на этот раз, как показалось Адриану, в нём была насмешка и вместе с этим злость, будто бы кровопийца ненавидит их за то, что они застали его именно в минуту слабости.
— Думаю, тогда стоит перейти сразу к делу, ведь каждый из вас — человек действия, — он говорил это с такой уверенностью в голосе, будто бы уже много лет знает каждого из них, — я предлагаю вам два варианта, ведь вы всё же показали, что кое–что умеете. Ну, в любом случае больше, чем те, что уже приходили сюда и пытались со мной покончить. Вы можете драться со мной по одному, а можете все вместе. Если в первом варианте это будет честный бой, то во втором вы умрёте как ничтожества, как добыча, я буду охотиться в темноте и убивать. Убивать как зверь, за которого вы меня, скорее всего, и принимаете. Да и среди вас есть рыцарь, думаю, что хотя бы он примет мой вызов, воззвав к голосу разума, — взгляд янтарных глаз пронзил Лиарда, словно молния.
— Ты же знаешь, что один на один ни у кого из нас нет шансов, — стиснув зубы, проговорил рыцарь.
— Согласен, нету. Да и я, по правде говоря, не собираюсь предлагать вам дуэль в стандартном её понимании, с выбором оружия, дурацкими церемониями и прочими, как мне кажется, совершенно ненужными формальностями. Это будет бой, поединок, драка, называйте, как хотите, но не дуэль. Но в смерти в таком поединке куда больше чести, чем в гибели в полной темноте от подлого удара в спину. Конечно же, я буду использовать все свои способности и в бое один на один. Буду это делать, потому что хочу жить, так же, как и вы. Но я снова начал много болтать, привычка, когда ты так надолго остаёшься один, то уже не видишь ничего зазорного в том, чтобы говорить с самим собой. А когда впереди у тебя целая вечность, то делаешь это дни напролёт. И, знаете, я от этого не страдаю, такая жизнь мне нравится, совершенно не жалею о том, что не отражаюсь в зеркалах, не чувствую вкуса. Но вернёмся к вам, мои дорогие гости, что вы выберете? Верную, но честную смерть в поединке, — в его бледной руке с длинными худыми и скрюченными пальцами загорелся красный пульсирующий огонёк, напоминающий сердце, — или же охоту в ночи, — вампир оскалился и во второй руке у него появился туман, который был похож на чернила и жил, он двигался, даже, казалось, дышал.
— Что же, тварь, мы… — уже готового разгорячиться Лиарда прервал его брат, положив черноволосому рыцарю руку на плечо и покачав головой.
Младший тут же замолчал, обернулся, увидел в глазах Дезарда непоколебимую решимость, кивнул, а потом крепко обнял его, после повернулся лицом к вампиру, хмурый, мрачный, но в его глазах теплились огоньки надежды, он верил в своего старшего брата, который медленно, но уверенно шёл навстречу со своим противником, на ходу сняв лук и колчан и протянув его принцу. Сейчас в него верили все.
— Мы выбираем первый вариант, но вызов твой принимаю не я. Ответный вызов бросает тебе Дезард Марг, и я желаю тебе побыстрее сдохнуть, вампир.
