— Я бы сказал, не совсем прав, потому что забыл о людях более образованных, которые имеют дурную привычку знать больше, чем все остальные. Я сразу узнал этот меч. И решил столь важную деталь предстоящего именно сейчас, несколько минут назад, в этой самой комнате. Думаю, кто–нибудь через много–много лет узнает об этом разговоре и напишет картину в тёмных тонах, на которой будет изображён освещённый со спины светловолосый мужчина в богатой одежде, юноша в новеньком камзоле, взгляд которого блестит удивлением из темноты, но свет, падающий из окна, всё–таки выхватывает часть его лица, и там будет ещё третий человек, но эту личность из эстетических соображений художник не включит в основную композицию, лишь кратко обозначив её силуэт во мраке. Единственным же явным свидетельством того, что здесь точно есть кто–то третий, будет изумительный меч, который, казалось бы, светится, являясь самым ярким предметом на всей картине. Это будет действительно неповторимое полотно, если за него возьмётся талантливый человек. Жаль только, что мы с вами, господа, вряд ли доживём до того момента, когда это чудное творение увидит свет, потому что об этом разговоре, если и узнают, то узнают очень и очень не скоро.
— Зачем вы сказали мне о том, что догадались? Могли ведь просто использовать. Сказать, что я стану заменой для Дезарда, — Диарнис отправился в ножны. Адриан справедливо рассудил, что если бы король хотел его схватить или убить, то уже давно сделал бы это, а не размышлял о ещё ненаписанных картинах.
— Потому что моё королевство держится именно на том, что я не использую никого просто так, без его ведома и согласия, потому что рано или поздно это всплыло бы, народ поднялся, как сейчас в Ланде, а я не смог бы жить спокойно, всё время строя вокруг себя теории заговора.
— Это действительно достойно уважения. И именно то, что вы сразу же, так сказать, вывалили колоду из рукава, заставляет меня верить вам. Вы говорите, что знаете, как помочь сделать так, чтобы в Ланде всё разрешилось мирно? Я клянусь в том, что помогу вам, чего бы это мне не стоило, — Адриан не кланялся, он просто приложил сжатый кулак к груди, как это было принято у Вольных.
Он почему–то верил в то, что бескорыстный замысел этого весьма странного в народном понимании миролюбивого короля, должен удастся, потому что однажды этот правитель уже совершил невозможное, научившись защищать своих людей от тех многочисленных напастей, что поджидали их на землях Сарта. Вот и теперь бастард надеялся, что чудо случится во второй раз, что с его помощью монарх, гордо восседающей на троне Королевства Тысячи Несчастий, сможет остановить надвигающуюся на Ланд войну, пока ещё не полилась кровь.
— Но, несмотря на это, должен признать, что данное предприятие будет весьма непростым, потому что обе стороны, если верить тому, что мне рассказал мой друг, уже вот–вот готовы пустить друг другу кровь.
— Ваш друг действительно прав и доносит информацию верно, без искажения фактов, за что ему выражаю искреннюю благодарность, — король слегка поклонился в сторону Фельта, тот, как было положено по этикету, склонился в глубоком поклоне.
— Тогда как вы собираетесь предотвратить невинные жертвы, да и вообще любые жертвы, Ваше Величество?
— У меня есть сведения о предмете, который имеет связь с историей королевства Ланд. Причём связь весьма тесную, ибо отыгрывает в этой истории весьма немаловажную роль. Я знаю, где он находится, и если мы сумеем им завладеть, то, как бы странно это неправдоподобно ни звучало, сможем предотвратить настоящую войну. Я вижу скептицизм на ваших лицах. Не стоит. Может, с одной стороны, это и кажется наивным, даже немного глупым и недостойным короля, но когда я устраивал Всекоролевскую Ярмарку, мне тоже многие говорили, что на всевозможные приготовления уйдёт куда больше, чем потом составит прибыль и выгода не только денежная. Они были не правы, поэтому прошу дослушать меня до конца, ведь другого варианта всё равно пока я не вижу.
— Хорошо, мы внимательно слушаем вас, — после недолгого молчания ответил Адриан. Он, кажется, начинал понимать, о каком древнем артефакте говорит сейчас король Сарта, но всё ещё нужно было убедиться в том, что его догадка верна.
