Но всё–таки случались короткие мгновения, когда эта мутная пелена отходила в сторону, вновь освобождая место привычному разуму, к которому я привык, на который я привык полагаться, потому что только он никогда не покидал меня даже в самые затяжные моменты одиночества, которое, несмотря на относительную многочисленность нашей компании, настигло меня и тут. Рилиан большую часть времени проводил вместе с магом в красном, имя которого мне так и не удалось узнать, и Адрианом, почти не выходившим из своей хижины, расположенной где–то на самой окраине по соседству с жилищем одного из тех странных стариков, носивших одежду исключительно зелёного цвета. Молодой паладин, конечно, пару раз пытался зайти ко мне, но я всегда запирал дверь перед тем, как лечь спать или же когда просто чувствовал, что ко мне снова приходят видения. То есть дверь моего нового дома была заперта почти всегда, а потому я оказался один на один со своими видениями и подступающим вместе с ними сумасшествием. Хотя нет. Справедливо будет сказать, что я сам решил так сделать. Я ведь не знал, что точно со мной происходит? Мало ли это место является порталом в какие–то отдалённые миры, и если кто–то сюда зайдёт во время этих «галлюцинаций», то окажется в том же месте, где и я, а это в свою очередь вызовет какие–то помехи, и мы останемся там навсегда? Это было бы не очень хорошо, а потому лучше не рисковать. Весьма печальный и глупый был бы конец истории — вечное скитание по вымершему полностью миру, где всё застыло, даже огонь никогда не тухнет. Почему же я не просил, чтобы меня переселили в другое место, хоть и знал, что они не откажут мне в этой просьбе? Почему, связывая миражи только с необычностью места и конкретно этого дома, я ещё не воспользовался своим «привилегированным» положением? Думаю, потому что понимал: это всё были лишь утешения. Я хотел верить в то, что от этих мучающих меня видений можно укрыться лишь с помощью обыкновенного переезда, но это не было правдой. О, да, это далеко не было правдой. Я понимал, что они никогда не оставят меня просто так, что мне придётся убегать от пустоты до того самого момента, пока мне не удастся понять, какой смысл был в них заключён. А в том, что таковой там действительно был, сомневаться глупо. Никогда, никогда видения не приходят просто так, если появляются так часто и настойчиво, если они такие же реалистичные, как были у меня в Городе На Воде. А потому дверь моего дома по–прежнему была заперта и для надёжности подпёрта стулом. Окна всё ещё были плотно занавешены шкурами, раздобытыми мною ещё в первый день нашего пребывания тут (я не могу заснуть при свете, а тут его хоть и было не очень много, но при этом здешний свет оказался очень надоедливым, а окон в маленькой хижине было целых три). Я же по–прежнему прибывал всё время в полуобморочном состоянии сомнамбулы. Почти не ел и не пил, стал похож за несколько дней на настоящее приведение, но всё же не отказывался от заданной цели — я должен был понять, о чём хотели мне сказать эти галереи, по которым я бродил. Должен, потому что эти места почему–то очень сильно напоминали мне наш мир, а от этого неприятный холодок пробегал по спине, настойчиво заставляя продолжать искать разгадку.
