Почти без боя мы заняли южную часть Пущи-Водицы. Здесь танки и самоходки остановились в боевом порядке, как наступали, пока стрелки и автоматчики прочесывали сады, скверы, проверяли дома и постройки. Больше двух часов мы простояли на месте, ожидая приказа на дальнейшее продвижение. Пушечная и пулеметная стрельба доносилась издалека, и немцев нигде не обнаружили, но мы были начеку, от противника можно было ожидать любых каверзных действий.
— Товарищ лейтенант, а пробьет наша новая пушка лобовую броню «тигров» и «пантер»? — нарушил молчание Валерий Королев.
— На дальность до тысячи метров пробьет и у того, и у другого.
— А почему гаубица не пробивала, хотя замполит Гриценко говорил, что пробьет?
— Он говорил по табличным данным, а практика показала другое.
Вспомнился мне этот разговор только сейчас, когда пишу эти строки. В то время была тенденция, не всегда обоснованная, восхвалять наше оружие и принижать качество вооружения немцев. Было немало случаев, когда за сравнение в пользу противника каких-то видов оружия, техники, даже отдельного агрегата люди попадали в тюрьму или в штрафбат.
К сожалению, военные историки и до настоящего времени болеют квасным патриотизмом, чем унижают заслуги наших экипажей, дравшихся в неравных условиях. В Военно-историческом журнале № 1 за 1977 год профессор доктор военных наук генерал-майор Н. Попов в таблице на с. 29 дает бронепробиваемость 122-мм гаубицы, стоявшей на СУ-122: на 1000 м — 120 мм, на 1500 м — 110 мм. И тут же пишет совсем другое: «В январе 1943 года в ходе прорыва блокады Ленинграда танкисты 86-й танковой бригады захватили первый гитлеровский тяжелый танк Т-VI «тигр». Специально проведенные по нему стрельбы из орудий различных калибров показали, что огонь 76-миллиметровых пушек и 122-миллиметровых гаубиц на дальности 1000 метров малоэффективен. Лучшие результаты были получены при стрельбе по танку из 85-миллиметровой зенитной, 122-миллиметровой зенитной и 122-миллиметровой корпусной пушек». Если лобовая броня «тигра» была 100 мм, то как же понять, что огонь 122-мм гаубицы, пробивающей на 1000 метров 120 мм, малоэффективен? На практике в боях с «тиграми» на СУ-122 мы вынуждены были бить их по уязвимым местам: корма, гусеница, каток, бронировка пушки; тогда как они нас на 1000 метров пробивали насквозь и в борт, и в лоб.
Вернемся, однако, к событиям ночи с 4 на 5 ноября 1943 года.
Около полуночи по поселку забегали, засуетились большие командиры. Мы подумали, что где-то прорвались немцы или, может, наносят контрудар крупными силами, но вскоре узнали, что приезжал командарм генерал Рыбалко и, минуя командира корпуса, поставил боевую задачу непосредственно командиру 70-й мехбригады полковнику Сиянину: наступать вдоль трамвайной линии в направлении Пильник — станция Беличи — Святошино.
Через полчаса наши части начали выдвижение на рубеж развертывания. Но одному экипажу «тридцатьчетверки» не удалось принять участие в атаке. Двигались мы с выключенными фарами, этот танк шел впереди нашей батареи — и вдруг исчез, будто сквозь землю провалился! Остановив самоходки, мы подбежали к месту исчезновения машины. Погорельченко посветил карманным фонарем, и мы еле-еле разглядели огромную пропажу на дне глубочайшего оврага: многотонный танк соскользнул по скату крутизной до 60 градусов, но, к счастью, не перевернулся. Прикинули: чтобы вытащить такую махину, надо сцепить не менее десяти буксирных тросов да и времени потеряем минимум три часа — и Погорельченко принял решение Двигаться дальше, в обход опасного оврага. Тем временем к нам выкарабкался командир экипажа, бедняга-танкист так и остался на краю оврага в ожидании подхода ремонтников.
В наступление одновременно двинулись все соединения армии. Зрелище было грандиозное и поражающее! На очень широком фронте на врага ринулась танковая лавина с включенными фарами, воем сирен и ревом моторов! Все смешалось! Канонада пушечных выстрелов! Изрыгали языки пламени орудийные стволы! Пулеметные очереди сотнями огненных трасс прочерчивали ночной туман! В междуречье Днепра и Ирпени создалась доселе невиданная картина ночного боя! И в этом грозном ночном движении танковой армии волнами по всему фронту разносилось громоподобное: «Урр-а-а! Урр-а-а!..» Устрашающий звуковой и световой эффект напора нескольких сотен боевых машин деморализовал обороняющегося противника! Враг поспешно отступал, бросая материальные запасы и технику! На рассвете наши части ворвалась в Пильник, захватив врасплох тылы немецких частей, и, не останавливаясь, продолжили наступление. Решительной атакой овладели станцией Беличи и перерезали железную дорогу и шоссе Киев — Житомир.
