Денис обернулся. Никита стоял на пороге комнаты — наверное, своей — и смотрел на Дэна. И доктор Батюшко не удержался — вывалил на бок язык и подкатил глаза. По крайней мере, именно так показывали зомби Черепановы-самые-младшие. Представление имело шумный успех — Никита восхищенно ойкнул и только после озадаченного взгляда матери скрылся за дверью. А Дениса проводили мыть руки, а после — пить чай.
Чай был сервирован на кухне парадным для данного дома образом — это Дэн понял по слегка растерянному Олиному взгляду, которым она окинула фарфоровое богатство, полностью покрывшее собой весь стол. Какие церемонии в его честь, а он не при параде.
— Ничего, что я без галстука?
Мадам «Алая помада» смерила его очередным оценивающим взглядом и выдала очередной кивок.
— Для первого раза и с учетом, что вы не готовились, сойдет. Веселый у Оли народ дома собрался, как на подбор. Денис сел на указанный стул и позволил себе высказать пожелание:
— Мне покрепче, пожалуйста. И без сахара.
Чаю Денису налили как попросил. И даже разговором развлекли.
— Можете называть меня Изольда Васильевна, — начала дама. И продолжила бы, но тут к их компании присоединился Никита. Мальчик плюхнулся на стул, потянулся за пряником, но до рта не донес — любопытство оказалось сильнее.
— А вы верите в зомби?
Неослабевающий интерес к себе со стороны Олиного сына Денис чувствовал с самого начала. И теперь парнишка смотрел на него с нескрываемым любопытством, ожидая ответа на животрепещущий вопрос. Чем он вызвал такой жгучий интерес к себе, Денис не понимал. Тем, что врач? Тем, что оперировал деда? Или в этом доме вообще редко бывают мужчины?
Или не редко, а никогда? На его взгляд Ольга ответила кратко, а потом отвела глаза. Она была напряженной — не слишком, но заметно. Словно никак не могла привыкнуть к его присутствию в ее доме. Ну так и он в гости не напрашивался. Поймал на себе взгляд Изольды Васильевны и уверился в своем впечатлении. Женское царство, в котором из мужчин бывал только разве что дед.
Да, дела-а-а…
— А ты веришь? — от него ждали ответа, и молчать дальше было нельзя.
— Не знаю, — Никита наконец вспомнил о прянике в руке и откусил. И дальнейшее потому прозвучало немного невнятно, под укоризненный взгляд Изольды. — В кино верю, а в жизни — не знаю. Я их пока не видел.
— Они только в кино и бывают, — дипломатично ответил Дэн. Но от продолжения разговора на тему зомби эти слова его не спасли. Хорошо, что был немного в теме благодаря Вадькиным сыновьям, которые выросли на глазах у Дениса. Но про кислотных зомби даже отпрыски славного рода Черепановых не знали в свои младые годы. А потом разговор вдруг перескочил на скальпели, и Дэна принялись расспрашивать об их видах и особенностях. На памяти Дениса только его студенческий друг, а ныне успешный детский хирург Николенька Самойлов с таким воодушевлением на эту тему беседовал.
Отвечал Дэн сначала осторожно, делая скидку на детское восприятие, но потом сам увлекся рассказом — уж очень слушатель благодарный.
— А вот если зомби разрезать скальпелем и посмотреть, что там внутри? Как у мумии все высохло, наверное?
— Это тебе в следующий раз расскажут, — неожиданно вступила в их диалог Изольда Васильевна. — Помолчи и доешь наконец пряник.
И Денис понял, что засиделся в гостях непозволительно долго. И что только что продемонстрированная общительность Никите совсем несвойственна. И что они наверняка отбили дамам аппетит своим разговором про скальпели и зомби. В общем, пора благодарить и прощаться. Что он и проделал.
— Приятно было познакомиться, молодой человек, — ему снова кивнули. Выверенный кивок у дамы, будто сотни раз репетированный. — А галстук вам пошел бы.
На это Денис только ответно кивнул — он это тоже умеет. А вот в прихожей шепнул вышедшей проводить его Оле на ухо: «Подари мне, что ли, галстук на Новый год».
— Денис Валентинович… — Тося подпер вихрастую голову, отодвинув локтем кружку с остатками чая. — А когда вы почувствовали первые признаки профдеформации?
Дэн усмехнулся. Вопросы от интерна сыпались как из рога изобилия — много и разнообразно. А Денису почему-то нравилось на них отвечать.
— Впервые? — потер спинку носа. — Лет в двадцать с небольшим.
— Так рано? — изумился Малин.
— Да, я ранний, — кивнул Денис.
— А как… как это проявилось? — Малин приложился к кружке, предвкушая интересный рассказ.
— В неожиданной обстановке, — Денис закинул руки за голову и аккуратно потянулся. — Помню, сидел дома, смотрел порнуху…
От неожиданности Антон поперхнулся чаем. А потом под ироничным взглядом шефа стал медленно краснеть.
— Мне продолжать? — невозмутимо поинтересовался Дэн. — Или ты недостаточно взрослый для этого?
— Взрослый, — буркнул Тося и принялся вытирать рукавом капли с угла стола.
— Отлично. Ну так вот, сижу дома перед телевизором, там самый разгар событий, камера берет очередной крупный план с очень затейливого ракурса. И тут я обращаю внимание, что у мужчины — явный такой крипторхизм[23].
— Истинный? — округлил глаза Тося. — У взрослого мужчины?
