Праздничный ужин прошёл весело, после того как Даниил задул свечи на торте, мы ещё немного посидели в гостях и принялись потихоньку собираться домой и тепло прощаться с остальными гостями. Я мысленно радовалась, что всё прошло хорошо, как вдруг Алиса прибежала к нам с Богданом с дикими воплями:
– Папа! Папа!
– Что случилось, милая? – бросилась я к дочери, как коршун.
– Даниил назвал меня мышью и стукнул! – заливаясь слезами, поведала она.
Опять её обидел мальчик, – устало подумала я, обнимая безутешную Алису.
Как и обещал, Богдан вступился за неё. Даниила отругал отец и поставил в угол. Мальчик казался абсолютно не расстроенным в отличие от Алисы, а я очень огорчилась. Весь праздник был испорчен досадным детским баловством, да ещё и именинника наказали. За дело не спорю, но было очень неприятно, как будто это мы стали причиной этого некрасивого инцидента. Теперь нам точно пора было отчаливать домой.
– В следующий раз, Алиса, если тебя кто-то будет бить, размахнись как следует и дай этому дураку в лоб. Прям со всей силы ка-а-ак тресни! – учил Богдан Алису, пока мы шли от дома Паши до машины. – Вот так вот! – ещё и показал как надо, махнув в воздухе кулаком.
– А ему не будет больно? – уточнила Алиса.
– Будет. Зато, в следующий раз он подумает, стоит ли тебя задирать.
– Эй! – догнала я их. – Не надо учить моего ребёнка драться! – возмутилась я.
– Почему? – удивился Богдан.
Я была огорчена неудачным завершением праздника, да и без того перенервничала, а тут ещё Богдан со своими советами. Мы же обсуждали уже этот вопрос с ним? Зачем он снова начинает?
– Не надо, и всё! Не смей! Чтобы я больше не слышала этих разговоров про драки! – сорвалась я на Богдана.
Он ничего не ответил по этому поводу, но было видно, что он обиделся. Да, возможно, он хотел как лучше, но у меня было чёткое мнение на этот счёт. В мире и без того хватает агрессии, учить Алису проявлять жестокость – это уже чересчур.
Домой мы ехали молча. Алиса была всё ещё расстроена, а Богдану я испортила настроение своим замечанием. Переменить своё мнение и пойти ему на уступки я не могла, поэтому помалкивала.
Это и ссорой было назвать нельзя, но между нами появилось некоторое напряжение.
Уже пять дней не виделась с Богданом, и это была тоска. Нет, он не прятался от меня, просто вежливо прикрывался какими-то супер важными делами. Он всегда был на связи, интересовался, как дела у нас с Алисой, но отвечал в Вацапе как-то односложно, будто нехотя.
Я чувствовала, что что-то не так. Наверняка это из-за того, что я сделала ему замечание? Ходила теперь сама не своя. С одной стороны, я всё ещё находилась при своём мнении – взращивать агрессию в Алисе было непозволительно. Чтобы девочка дралась с мальчиками? Куда это годится?
С другой стороны, я невыносимо скучала по Богдану. Только о нём и думала. И Алиса постоянно спрашивала, где папа, куда он запропастился? Она боялась, что Богдан нас бросит. Я успокаивала её, объясняя, что у него тоже есть свои дела, как у нас, поэтому он не приезжает, а у самой в душе закрался точно такой же страх, как в начале наших с ним отношений. Что, если он не хочет больше со мной встречаться?
Богдан очень добрый и тактичный мужчина, он просто не знает, как помягче мне сказать о том, что я ему не подхожу, вот и мнётся, тянет время. От этой мысли хотелось реветь, не останавливаясь. Я и ревела тайком от Алисы или ночью в подушку, упиваясь своим горем и жалостью к себе.
Нужно было прямо поговорить с Богданом о нас с ним, и прояснить отношения, но я боялась, что меня ждёт не тот итог этого разговора, на который я рассчитывала. Я не представляла, как буду жить без Богдана. Я доверилась ему, поверила в то, что могу быть снова счастлива с мужчиной, и была с ним счастлива. Я поняла, что люблю его. Так люблю, как никогда ещё не любила.
Неужели одна маленькая размолвка может поставить крест на всём, что было между нами? Зачем тогда он познакомил меня с мамой, Пашей, Дианой, Даниилом? Зачем позволил Алисе называть себя папой? Зачем звал её доченькой?
Эти вопросы сводили с ума. Ещё через пару дней без Богдана я уже начала корить себя за то, что так грубо ему ответила. Господи, кто меня за язык тянул? Можно было как-то помягче ему ответить? Что я за человек такой?
Окончательно меня добил инцидент в садике. Как обычно, я пришла забирать Алису вечером. Как выяснилось, меня ждала целая делегация – заведующая детского сада, дежурный воспитатель, мама Дамира и сам Дамир, вопящий так, будто его убивают прямо сейчас.
Алиса стояла в сторонке, виновато опустив глаза, как будто провинилась и ждёт, что сейчас я задам ей трёпку.
– Как хорошо, что вы пришли, Елена Павловна! – обратилась ко мне заведующая, и я поняла, что что-то случилось с Алисой.
Сердце дрогнуло от неприятного предчувствия. Неужели Дамир снова её обидел? Опять? Как же меня это достало, господи! Не разобравшись, в чем дело, я набросилась на маму Дамира, накричала на неё, выплеснув все свои обиды на её сына, которые у меня накопились за эти годы.
