Батон с деньгами Пьеса (СИ) полностью

Первашов. Не знаю, куда вы зайдёте, а я могу вас включить в отчёт, если вы конкретно какую-то работу сделаете по теме. И это конкретное я, как руководитель темы, запишу за вами. По-другому не будет.

Батоненко. Что ж, придётся мне возглавить лабораторию.

Первашов. Воля директора, но это ничего не меняет.

Батоненко. Сегодня же подпишу приказ.

Первашов. Всё? Я могу идти?

Батоненко. Иди, Антон Фёдорович, только смотри под ноги.

Пауза.

(По местной связи). Зайди, Павел Петрович.

ЯВЛЕНИЕ ТРЕТЬЕ

Батоненко и Хорьков.

Хорьков (входит). Слушаю, Борис Васильевич.

Батоненко. Я провёл только что формальный разговор с Первашовым, можешь занимать его кабинет.

Хорьков. Спасибо, Борис Васильевич, я уже всё своё перенёс, осталось табличку прикрепить, вчера её сделали, сегодня повесят.

Батоненко. Ты доволен? Кстати, я карточку из ВАКа получил, мою табличку тоже исправь, не забудь! А то, что это такое: директор и кандидат!

Доктор!.. Доктор, вашу мать!

Хорьков. Конечно, исправлю! Вот это новость! Но скромность! Поздравляю, Борис Васильевич! От всей души! Теперь ты окончательно на коне! Настоящий директор, доктор наук! Надо, самое время, и о соратниках подумать, кто помогал, рисковал... и так далее.

Батоненко. Я ж, Паша, тебя сделал своим заместителем!

Хорьков. А лабораторию обещал?

Батоненко. С лабораторией подождать придётся, повременить.

Хорьков. Я тебе, Борис Васильевич, никогда так не говорил: придётся повременить, подождать и так далее. Я действовал! И когда народ поднимал, организовывал трудовой коллектив, и последние научные данные из группы Первашова тебе в диссертацию вписывал! Мы с Ильиным как пчёлки на тебя работали! А среди членов учёного совета беседы кто проводил, чтоб тебе на защите поменьше чёрных шаров накидали? Очертя голову, не щадя живота своего, как говорится, на баррикады шёл, и ты обещал, Борис? А теперь заиграть хочёшь? Верь после этого людям...

Батоненко. Не горячись, Паша! Будешь ты заведовать лабораторией, как я тебе обещал, но не нашей. Не шуми!

Хорьков. А какой? Если не нашей?

Батоненко. Нашу я сам возглавлю, но в институте ещё три. Надо не спеша подумать, какую из этих трёх ты возглавишь, и сам тоже подумай. Надо выдернуть того, кто был ближе Первашову, хотя это все мои кадры.

Хорьков. Вот видишь. Зачем тебе-то лаборатория? Ты ж директор!

Батоненко. Не солидно мне, Паша, без лаборатории. Ты компромат накопай на кого-то из них - твоя лаборатория будет.

Хорьков. Придётся, ты мне другого варианта не оставил и так далее.

Батоненко. Ты уж не огорчайся сильно, Паша, - всё теперь в наших руках. Ещё подумай, кто за группой Первашова будет следить, если ты уйдёшь.

Хорьков. В твоих руках, в чьих же ещё... Следить есть кому, не волнуйся.

Батоненко. Стоп! Не распыляться! Что-то ты мне об их опытах давно не докладывал?

Хорьков. А нечего докладывать.

Батоненко. Как нечего, они ж работают?

Хорьков. Опыты они проводят только по хоздоговору, но там мало интересного в научном плане, поживиться почти нечем, мой человек и сам я смотрим, не прозеваем. Антон стал осторожным, тоже учится.

Батоненко. Странно, почему научных результатов ты не видишь?

Хорьков. А что если выдавить его из института? Скажи, я руку уже набил, раз толку от него нам нет?

Батоненко. Это, Паша, лишнее! Разговоры пойдут, зачем это мне? У него авторитет в научном сообществе не такой, как у нас с тобой. Нет, пока пусть работает под нашим наблюдением, а там будет видно. И я тебя прошу: не хами ему, Паша!

Хорьков. Как скажешь.

Батоненко. Странно всё-таки, что нет результатов. Я знаю Антона, он как вечный двигатель день и ночь работает. Что же делать?

Хорьков. А зачем тебе ещё результаты? Ты уже доктор, в академики потянуло и так далее?

Батоненко. Пока нет, Паша, но на плаву надо держаться.

Хорьков. Одной публикации в год достаточно, со мной или с Ильиным. О чём ты, Боря, волнуешься? Выставить Антона из кабинета?

Батоненко. Стол пусть свой возьмёт, кабинет освободит. Мне получше стол закажи, новый, иди работай, Павел.

Хорьков. Понял, всё будет сделано и так далее.

Батоненко. Стоп, хорошо, что вспомнил. Жена твоя ко мне приходила на прошлой неделе, жаловалась, что опять ты с юбкой какой-то связался... несолидно, Паша, прокол у тебя получился.

Хорьков. Вот стерва!.. Я ей сказал же: не ходи!

Батоненко. Ты уж поаккуратнее... она плачет, про детей рассказывает, мне удовольствия мало слёзы её утирать.

Хорьков. С кем не бывает, Борис Васильевич, ослабил самоконтроль! Денежки опять же завелись... но я исправлюсь.

Батоненко. А Мира Ивановна как же?

Хорьков. Та пока в заначке, экономический интерес сильнее. Как прекратится с ними сотрудничество, будем брать крепость.

Батоненко. Всё, иди, Паша, работай, и слишком не увлекайся дамами.

Хорьков. Я не слишком, Борис Васильевич, работе, кстати, это не мешает (уходит).

Батоненко (по местной связи). Иван Ильич, зайдите ко мне.

ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЁРТОЕ

Батоненко и Ильин.

Ильин (стучится, входит). Здравствуйте, Борис Васильевич.