Вушаны, Кейв и Нейдрин пребывали в приподнятом настроении. При виде Стейвена Нейдрин просияла и ускорила шаг. Стейвен бросился навстречу, притянул ее к себе и страстно поцеловал.
Гидеон не усомнился в словах Наставника, что Стейвен любил его нареченную дочь. Но в то же время было ясно, что лидер «Мечтателей» очень привязан к этой веснушчатой девушке со смеющимися глазами. Если с ней что-нибудь случится, для Стейвена это станет ударом и, возможно, дестабилизирует группу.
Гидеон как можно дружелюбнее улыбнулся семейству кати и Эйзену.
— Как прошло? — Он не рассчитывал на какие-то особые подробности; это был всего лишь очередной рейд за припасами. К его удивлению, Халия сказала:
— Мы привезли тебе подарок, Стейвен.
— Мне? Зачем, не надо, — отозвался лидер. — Я положил глаз на последнюю модель бластера.
— Кое-что получше, — раздался голос Эйзена. — Мы привезли героя.
Когда появился Гидеон, Наставник объяснял Иден, как говорить громко, не срываясь на крик.
— Голос должен идти отсюда, — произнес он, положив ладонь на живот Версио. — От диафрагмы.
— Иден. — Голос Гидеона звучал... странно. Иден обернулась и посмотрела на него, но лицо Хаска не выражало ничего. — Стейвен зовет тебя.
— Иду, — ответила Иден, но это оказалось излишним. Вушаны, Эйзен и Стейвен уже вошли в главную пещеру, ведя с собой кое-кого еще.
Штурмовик успел где-то потерять свой шлем и большую часть верхней половины брони. Лицо его покрывали синяки и кровоподтеки, а черный нательник, который он носил под броней, был изорван в клочья. Эйзен тащил солдата за руку; вторая болталась как плеть, вывернутая под неестественным углом.
У Иден перехватило дыхание, но она заставила себя казаться спокойной.
— Наставник, — сказал Стейвен, — как прошел первый сеанс с нашей восходящей звездой?
— Что? — не понял Наставник. Вопрос звучал совершенно дико, когда менее чем в трех метрах стоял окровавленный, полубесчувственный штурмовик.
— Устроим Иден первое прослушивание, — заявил Стейвен. — Садори, тащи голорегистратор. — Когда младший каги бросился исполнять поручение, Эйзен швырнул солдата на каменный пол пещеры. Штурмовик вскрикнул и остался лежать, шевеля здоровой рукой и силясь приподняться.
— Этот тип возомнил себя героем Империи. Пытался помешать нам воровать припасы со склада, до которого никому нет дела. Так что он послужит декорацией к твоей речи.
Иден в ужасе вытаращилась на лидера партизан. Солдат всего лишь выполнял свой долг. Он никому не сделал зла и не имел никакого отношения к властным кругам.
— Избить охранника может любой, — сказала она, цепляясь за соломинку, лишь бы не допустить того, что должно было сейчас произойти. — О нас плохо подумают. Мы будем выглядеть как шпана.
— Я хочу посмотреть, что ты можешь. — Несмотря на веселый голос, взгляд у Стейвена был холодным.
— Стейвен, не глупи, — вмешался Наставник. — Иден права. Такая запись никого не вдохновит.
Вернулся Садори с голорегистратором. Стейвен поставил прибор на пол и включил его.
— Давай, Иден, — велел он. — Послушаем, какой из тебя «Голос Мечтателей».
Иден не могла произнести ни слова. Но нужно было попытаться. Сказать хоть что-нибудь, иначе она сама окажется на полу — избитая, окровавленная и с переломанными костями, как этот несчастный штурмовик. Поэтому Иден Версио — пилот СИД-истребителя, ветеран «Звезды Смерти», дочь адмирала Гаррика Версио — на негнущихся ногах подошла к распластанной фигуре и встала над нею, уперев руки в бедра.
Но что сказать, она не знала. Требуемые Стейвеном фразы, исполненные ненависти и оправдывающие то, что происходило, никак не приходили на ум.
Штурмовик невольно спас ее. Пока Иден ломала голову, он вдруг сильно закашлялся, выплюнул кровь, задергался и замер неподвижно.
— Это было излишне, Стейвен, — негромко произнес Наставник.
— Я думаю, это был бы мощный посыл, — заявил лидер группы.
— О да, тут я спорить не буду. Но только совсем не тот, на который ты рассчитываешь.
Стейвен смерил Наставника сердитым взглядом и повернулся к Иден:
— Теперь мы уже никогда не узнаем. Я не уверен, что нашему «Голосу» по плечу такая задача.
— Насчет меня не волнуйся, — процедила Версио.
— Но, понимаешь ли, волнуюсь, в том-то и дело. — Стейвен тряхнул головой; было заметно, как уходит гнев, сменяясь усталостью. — Мне нужно либо выпить, либо с кем-то подраться.
— Что же, — встрял Гидеон. — Как насчет того, чтобы я показал тебе, как я умею летать, а потом ты покажешь мне, как ты умеешь пить?
Иден хранила молчание, но была от всей души благодарна Гидеону за его вмешательство. Сейчас она не имела ни малейшего желания находиться в компании Стейвена. В сущности, она не желала ничьей компании. Хотелось одного — убежать, стереть из памяти то, что произошло на ее глазах. Впрочем, она знала, что, скорее всего, это только начало и от нее потребуют совершить во имя «Мечтателей» еще много чего.
«Во имя Империи», — напомнила себе Версио.
— Знаешь что? — сказал Стейвен. — А давай. Накинь какую-нибудь одежку, в которой хочешь летать, и пошли на свалку. Там покажешь мне, что ты умеешь.
— Пошли... куда?
