Моряки провели несколько дней в посёлке Паликир, отдохнули после дальнего перехода, в полной мере воспользовавшись гостеприимством туземцев.
Целью их путешествия был небольшой прибрежный остров Темвен, отделённый от Пон-Пая нешироким каналом. С юго-востока к Темвену примыкала группа островов искусственного происхождения Нан-Матал (На Устах Вождя), представляющих собой развалины древнего города. «Матал» в переводе с туземного языка – узкое пространство, щель, которая остаётся между множеством сооружений. Нан-Матал – пятая, брошенная, земля Пон-Пая. Другие царства Пон-Пая – Сокес, Кити, Кусаие, Мадоленимв. Но Нан-Матал – главная земля, входящая теперь в состав царства Мадоленимв. Индейцы не хотели отпускать туда полюбившихся им моряков, уговаривали путешественников не беспокоить души усопших людоедов-великанов и отказаться от поездки к таинственному городу. «Проклятое место. Вы рискуете жизнью. Вы хотите слишком много увидеть. Вы погибнете!» «А коа бан мидхила! А коа инингах ладмюб тот! Мидхила!» (Вы умрёте! Вы увидите все страны! Но вы умрёте!) Пенелопа висла на руках Ахундела: «Не пущу, не пущу!» Куда там! Ахундел ведь обещал капитану Александру показать тайны Пон-Пая. Кто, кроме него, сможет провести капитана по развалинам Нан-Матала? Индейцы ни за что не согласятся стать проводниками по улицам и каналам этого мрачного места. Может, кого-то и удастся уговорить посетить таинственные острова, но к сердцу Нан-Матала, башне Нан-Довас, уж точно никто не пойдёт. Так что путешественникам без Джеймса всё равно никак не обойтись. Нет, ирландцы никогда не подводят своих друзей.
– Если лю
Он, Джеймс О’Коннолли, был уже несколько раз там и даже раскопал древнее захоронение. И ничего ведь с ним не случилось. Не сработало древнее проклятие этого места. Правда, его чуть было не застрелил капитан Найт, и сам он вынужден был покинуть Пон-Пай на двадцать с лишним лет. Но это не в счёт. Обсуждений было много. Тем не менее «Быстрые паруса» двинулись дальше по заранее намеченному маршруту. И, естественно, к морякам присоединился весёлый ирландец. Нашлось и несколько смелых индейцев, которые согласились быть проводниками наших путешественников.
Корабль бросил якорь недалеко от острова Темвен. Дальше путь продолжили на вельботах. В шлюпках были гребцы-матросы, индейцы-проводники, капитан Александр и, конечно, вездесущий Джеймс О’Коннолли. Дол и Зюл, горевшие желанием увидеть собственными глазами исполинские постройки, присоединились к ним. В шлюпки, конечно, они не садились, а просто неторопливо брели по мелководью вслед за лодками, благо вода не доходила им даже до колен.
Что представлял собой Нан-Матал? Если мы с тобой отправимся в Нан-Матал в наши дни, мы увидим в точности ту же самую картину, что и капитан Александр. Не знаю, как в девятнадцатом веке мерили площадь: в акрах, в десятинах… Какая разница? Площадь Нан-Матала в те времена и сейчас остаётся неизменной. В ряде стран Европы и в США уже была принята метрическая система мер и весов. Известна она была и в России. Так что Александр вполне мог оценивать размеры в метрах и километрах, а вес – в килограммах и тоннах. Эти маленькие искусственные острова Нан-Матала, разделённые каналами, были расположены в пределах прямоугольника площадью чуть менее половины квадратного километра (от сорока до пятидесяти гектаров). Каждый островок представлял собой постройку прямоугольной или квадратной, иногда треугольной формы и был обнесён мощными стенами. Гигантские остатки древнего каменного города с храмами, крепостными сооружениями, дворцами. Стены трёхметровой толщины доходили до девяти метров в высоту от основания. Строительными блоками им служили длинные базальтовые многогранники – огромные шести- и восьмигранные «карандаши», великанские «палочки» длиной от одного до пяти метров и весом до десяти тонн. «Палочки» были уложены рядами крест-накрест. В основании стен и по углам стояли отдельные двадцатиметровые блоки – базальтовые валуны весом до пятидесяти тонн. Внутри сооружений пространство между стенами было поднято выше уровня воды и засыпано коралловой крошкой. Никаких архитектурных деталей, никаких надписей. Суровая монументальность, отчуждённость и даже враждебность.
