«Какой изворотливый бѣсёнокъ эта женщина! думалъ маркизъ, садясь въ свою карету. Какая чудная, блистательная актриса! Она чуть не выманила у меня и еще такую же сумму… Да, Бекки въ грязь затопчетъ всѣхъ этихъ женщинъ, какихъ мнѣ удавалось видѣть на своемъ вѣку. Онѣ, безсмысленные младенцы въ сравненіи съ ней. Я самъ оглупѣлъ въ ея рукахъ на старости лѣтъ. Безпримѣрная, неподражаемая лгунья, надо отдать ей справедливость.»
Удивленіе милорда къ обширнымъ надувательнымъ способностямъ Ребекки увеличилось неизмѣримо. Выманить денегъ у кого бы то ни было, еще не составляетъ большой трудности; но выманить ровно вдвое противъ необходимой суммы и не заплатить никому — вотъ это, что называется, великолѣпная штука, требующая необыкновеннаго искусства и глубочайшихъ соображеній.
«Да и Родонъ Кроли вовсе не такой глупецъ, какимъ прикидывается, думалъ маркизъ, Онь обдѣлалъ эту исторію съ большимъ умѣньемъ. Кто бы, смотря на его лицо, могъ вообразить, что ему извѣстны эти финансовыя продѣлки? А между-тѣмъ, нѣтъ никакого сомнѣнія, что онъ самъ подговорилъ жену, и протранжирилъ эти денежки. Да, видно и онъ мастеръ своеего дѣла.»
Мы знаемъ, однакожь, что въ послѣднемъ случаѣ, догадка проницательнаго милорда была не совсѣмъ основательна, но тѣмъ не менѣе, съ этой поры онъ значительно измѣнилъ свои отношенія къ полковнику Родону. При встрѣчѣ съ нимъ милордъ не соблюдалъ уже и той наружной вѣжливости, какая до сихъ поръ отличала поведеніе его съ этгаъ дженгльменомъ. Великодушный другъ и покровитель мистриссъ Кроли никогда не подозрѣвалъ, что эта изобрѣтательная леди, съ нѣкогораго времени, смастерила для себя особый секретный кошелекъ, и, если сказать всю правду, милордъ судилъ о полковникѣ Кроли по своимъ разнообразнымъ и многосложнымъ отношеніямъ къ другимъ. супругамъ, съ которыми судьба сталкивала его впродолженіе многоопытной жизни, ознакомившей его съ различными слабостями человѣческаго рода. Лордъ Стейнъ знавалъ на своемъ вѣку многихъ легкомысленныхъ мужей, и читатель вѣроятно охотно проститъ ему дерзкое предполаженіе относительно РодонаКроли.
Выждавъ удобный случай остаться наединѣ съ мистриссъ Бекки, мллордъ не замедлилъ поздравить ее съ неподражаеаіымъ искусствомъ дурачить своихъ друзей. Ребекка смутилась, но весьма немного. Выдумывать сказки было не въ натурѣ этого прекраснаго созданія, и она прибѣгала къ этому средству только въ крайнихъ обстоятельствахъ, но ужь какъ скоро представлялись такія обстоятельства, Ребекка пускалась на выдумки съ отчаянною смѣлостію. На этотъ разъ, къ удовольствію своего патропа, она, не болѣе какъ въ одну минуту, сочинила чрезвычайно интересную исторійку, обставленную самыми поэтическими подробностями. Прежнее показаніе, представленное ею лорду Стейну, было ложно, совершенно ложно, и Ребекка призналась въ этомъ съ повинной головой, но кто, позвольте спросить, заставилъ ее лгать?
— Ахъ, милордъ, сказала она, вы не знаете, вы не можете и постигнуть, что я терплю и переношу молча, наединѣ съ своимъ бѣднымъ сердцемъ. Обыкновенно вы видите меня веселой и счастливой, когда я съ вами, но вамъ конечно не приходитъ и въ голову, какія страданія терзаютъ мою душу, когда нѣтъ покровителя подлѣ меня. Угрозами Родонъ заставилъ меня выпросить у васъ безстыднымъ образомъ эту несчастную сумму. Онъ предвидѣлъ съ вашей стороны вопросъ относительно употребленія этихъ денегъ, и я принуждена была сочинить безсовѣстнуго сказку. Родонъ взялъ эти деньги, и сказалъ, что расплатился съ миссъ Бриггсъ. Я не посмѣла усомниться въ этомъ. Простите несчастнаго, доведеннаго крайними обстоятельствами до необходимости обманывать честныхъ людей, и пожалѣйте бѣдную, бѣдную женщину.
И она зарыдала горько. Еще никогда угнетенная невинность не представлялась въ такомъ жалкомъ видѣ.
