Пенсионные фонды, призванные по идее обеспечить спокойную старость, не являются, однако, надёжным средством для поддержания необходимого жизненного уровня трудящихся, выбывающих из процесса производства. Парадоксально, что сами производители лекарств – рабочие и служащие фирмы – не могут себе позволить лечиться дорогостоящими отечественными препаратами. Медикаменты в Швейцарии непомерно дороги по сравнению с другими странами. Даже в Англии, где лекарства считаются самыми дешёвыми в капиталистической Европе, прибыли швейцарских фармацевтических монополий почти вдвое выше доходов прочих химических компаний. В Бельгии простой аспирин продаётся по цене, в 20–30 раз превышающей его себестоимость. О цене же «всемирно известных» швейцарских препаратов и говорить не приходится. Они почти всегда не по карману простому швейцарскому труженику.
В то время, когда европейские морские державы создавали колониальные империи, швейцарские купцы и промышленники спокойно и незримо закладывали основы своей «всемирной экономической империи». Над этой империей не реял швейцарский флаг, военные корабли не оберегали экспортных рынков сбыта продукции и особых торговых привилегий, но именно по этой причине процесс деколонизации не оказал существенного воздействия на её устои.
Превращение «большой тройки» швейцарских химических компаний в крупнейшие монополии международного значения оказалось возможным лишь в результате специализации их на производстве определённой высококачественной продукции и активного внедрения её на внешние рынки. Подавляющая часть всей фармацевтической продукции Швейцарии вывозится за пределы страны. Более того, на базельские фабрики приходится лишь одна треть всей продукции, которая создаётся предприятиями этих компаний. Основная часть её выпускается на дочерних фирмах, имеющихся во многих капиталистических странах (в 50).
Хотя зарубежные активы швейцарских химических компаний расположены на всех пяти континентах современного капиталистического мира, тем не менее вполне отчётливо просматриваются два основных центра их тяготения: США и страны Западной Европы. В этих регионах сконцентрировано (приблизительно поровну) около 75–80 процентов всех инвестиций. Правда, американский рынок имеет несколько большее значение для фирмы «Хоффманн-Ла Рош» (около 40 процентов всех её оборотов), в то время как роль этого региона для компаний «Сиба-Гайги» (35 процентов) и особенно «Сандоц» (28 процентов) несколько меньшая. В Западной Европе подавляющая часть всех инвестиций размещена в странах «Общего рынка» (Англия, Франция, Италия, ФРГ).
В последние годы активно наращиваются капиталы швейцарских химических компаний в странах Латинской Америки (особенно в Бразилии и Аргентине), Африки (главным образом в Южно-Африканской Республике), Азии (преимущественно в Пакистане, Турции, Индии). Большой интерес для швейцарских компаний представляет и Япония. Однако вторжение в экономику этой страны осуществляется весьма своеобразно. Базельские химические фирмы не создают там собственных дочерних обществ, но 34 процента всех действующих в фармацевтической промышленности Японии патентов являются швейцарскими. И всё же по-прежнему основная масса новых инвестиций швейцарских компаний направляется в старые районы влияния, то есть в США и Западную Европу.
Особый интерес швейцарских фирм к рынку США объясняется рядом причин. Прежде всего, Северная Америка – самый крупный в капиталистическом мире рынок для сбыта фармацевтических изделий. В середине 60-х годов каждый житель США потреблял ежегодно в среднем на 25 долларов лекарств, что составляло в целом по стране около 5 миллиардов долларов. Далее, значительная часть реализуемых в США медикаментов приходится на антибиотики и психотерапевтические средства. Если учесть, что базельские компании специализируются преимущественно на производстве именно психотерапевтических средств, то станет понятным особый их интерес к североамериканскому рынку.
Западная Европа представляет второй важнейший регион потребления фармацевтических изделий. Общая реализация лекарств составляет здесь ежегодно около 3 миллиардов долларов, а на каждого жителя приходится медикаментов в среднем на сумму 14 долларов (наиболее высокий уровень потребления лекарств во Франции – 24 доллара и в Англии – 14,5 доллара). Но более существенным является, безусловно, другое обстоятельство. В Западной Европе психотерапевтические средства реализуются в значительно меньших масштабах, среди потребляемых лекарств они занимают всего лишь 7–8-е место. Неимоверно взвинченный темп «американского образа жизни» обусловливает там чрезвычайно большой объём потребления психотерапевтических препаратов. В Западной Европе на втором месте, после антибиотиков, стоят различные сердечные медикаменты.
