Я был молод и полон амбиций, но волею судеб я становлюсь игрушкой для Госпожи, в которую влюбился и винтиком механизма в чей то страшной игре. В книге вас ждут не поддельные эмоции, страсти, развратные сессии и запутанный детектив. Держитесь, будет очень интересно. Содержит нецензурную брань.
Пред ней задумчиво стою;
Свести очей с неё нет силы;
И говорю ей: "Как ВЫ милы!"
И мыслю: "как ТЕБЯ люблю!"
– Идём же, Стэнли! – Нетерпеливо крикнул Гомер. Он был мой друг и зная его я чувствовал, что наверняка он снова решил меня затащить в свою очередную дурацкую авантюру или ещё чего похуже. А мои опасения были не напрасны потому, что частенько наши с ним походы по его «стопроцентным» делам не сулили ничего хорошего и уже пару раз результатом его идей были наши совместно проведённые ночи за решёткой в холодной камере с парочкой весьма неадекватных постояльцев, которые, по видимому, бывали там несравнимо больше нашего. А Гомер всё твердил, что даже такой опыт только на пользу. И я не понимал, то ли он говорил это в серьёз, то ли он шутил, то ли он рассорился с серым веществом в своей башке.
На самом Гомера его звали совсем по-другому: Крис, но он не очень любил своё настоящее имя, полученное при рождении. Даже скорее ненавидел, потому что имя досталось ему от отца, который, по его словам, часто использовал его как боксёрскую грушу, когда приезжал с дальнего рейса и надирался в стельку. Поэтому он решил назваться Гомером и нет – совсем не потому, что любил смотреть «Симпсоны», а потому что восхищался поэзией и культурой древней Греции. Ты можешь в это поверить? С виду распиздяй, но чертовски начитанный. Он даже придумал себе подпись, в которой читалось его второе неофициальное имя. Сделать Гомера «официальным» ему не хватало усидчивости и его тяготела бумажная волокита от которой ему буквально становилось плохо, его бросало в жар, затем он становился бледным и буквально отходил в мир иной. Одним словом – артист он был превосходный. Не знаю, как получилось, что мы с ним стали друзьями, но он был одним из самых близких мне людей. Как старший брат, но не который присматривает за младшим, а наоборот, втягивает его в свои авантюры.
Что-то я переборщил с этим Крисом, совсем забыл про себя рассказать. Конечно, особо не о чем мне поведать, но всё-таки я пишу книгу про себя. Видимо это громкие слова, что это будет прямо-таки настоящая книга, я не знаю, сколько я смогу написать, будет ли она вообще интересной или покажется скучным дерьмом, но я попробую.
Как меня зовут ты уже знаешь. Когда всё это началось мне было двадцать четыре, я закончил университет с отличием по специальности «журналистика» и теперь у меня было высшее образование, хорошие навыки писанины и куча свободного времени. Я по крайней мере так думал. Но они мне не очень пригодились, эти навыки писанины, я с момента окончания университета слепил пару статей в небольшую газетёнку, которая благополучно загнулась и на этом моя журналистская карьера закончилась, не успев толком начаться. Поэтому я перебивался случайными заработками, которые часто мне как раз подкидывал Гомер. Моей маме это сильно не нравилось, она считала Криса гомиком и мошенником, потому что он любил ярко одеваться, а ещё больше любил обтягивающую одежду, которая с его же слов «подчёркивает все мои достоинства» и втягивал меня в свои делишки, после которых мама приезжала за нами в полицейский участок, что бы внести небольшой залог и вытащить из-за решётки. Несмотря на это он был самым настоящим гетеросексуалом, его взгляд всегда ложился только на девушек, которых он постоянно трахал и менял, у него и отношений то толком не было: сегодня одна, завтра другая, затем третья. Он не был невероятным красавчиком, но умел зацепить внимание девушки. Его сладкие речи топили лёд буквально любой представительницы противоположного пола. У меня такой буквально супер – способности не было. Он, видя моё положение, частенько предлагал мне познакомить меня с какой-нибудь его подружкой, но я отказывался. Я всё ещё верил в какие-то идеалы, может это покажется очень наивным, но во мне теплилась надежда, что в мире всё-такие есть то, что люди называют любовью.
– Стэнли?! Очнись! – Зашипел Гомер, щёлкая пальцами у моего носа. – Здесь серьёзные люди сидят и надо выглядеть соответствующе, а у тебя лицо как будто тебя вчера с пальмы сняли! Ни грамма интеллекта! Свёл глаза в кучку и стоит как зомби!
– Извини, Гомер, просто я…я задумался. – Пожал я плечами. – Вдруг ты меня втянешь в очередную муть? И что это за здание? Нам разве сюда? Похоже, как будто здесь какой-то притон для наркоманов, а ты еще говоришь, что здесь работают «серьёзные люди». Неужели в этом огромном городе они не нашли себе здание для офиса получше?
Я эмоционально показывал на здание, которое больше напоминало не офис, а цех старого закрытого завода.
