Поскольку люди часто спрашивают, я скажу это прямо здесь: я не собираюсь баллотироваться на должность президента. Я никогда не была поклонницей политики, и опыт последних десяти лет мало что изменил. Меня по-прежнему отталкивает мерзкая племенная сегрегация красных и синих, идея о том, что нужно непременно выбрать одну сторону и придерживаться ее, оставить способность слушать и идти на компромисс, а иногда даже быть вежливым. Я действительно считаю, что политика в ее лучших проявлениях может стать средством для позитивных изменений, но она просто не для меня.
Это не значит, что меня не заботит будущее нашей страны. С тех пор как Барак покинул свой пост, я читаю новости, от которых меня тошнит. Бывает, я лежу ночами без сна, кипя от злости из-за происходящего. Очень печально видеть, как поведение и политическая повестка нынешнего президента заставили многих американцев сомневаться в себе и бояться друг друга. Очень трудно наблюдать за тем, как отбрасывают тщательно выстроенную политику сострадания, как мы отталкиваем некоторых из ближайших союзников, как мы оставляем уязвимых членов общества без защиты и дегуманизируем их. Иногда я задаюсь вопросом, сколько можно и есть ли у этого дно.
Но вот чего я себе не позволю, так это цинизма. В самые тревожные моменты я вздыхаю и напоминаю себе о достоинстве и порядочности, которые я всю жизнь видела в людях, о том, сколько всего мы уже преодолели. Я надеюсь, другие сделают так же. В демократическом обществе каждый имеет значение. Мы должны помнить о силе каждого голоса. Я также продолжаю поддерживать в себе силу, которая больше и могущественнее, чем любые выборы, лидер или новость, – и это оптимизм. Для меня это форма веры, противоядие от страха.
В маленькой квартирке моей семьи на Эвклид-авеню всегда царил оптимизм. Я видела его в отце, в том, как он двигался, словно его тело в полном порядке и болезни, которая когда-нибудь заберет его жизнь, просто не существует. Я видела его в упрямой вере мамы в наш район, в ее решении остаться на месте, даже когда страх заставил многих соседей собрать вещи и переехать. Именно оптимизм привлек меня в Бараке, когда он впервые появился в моем кабинете в «Сидли», с надеждой улыбаясь. Позже оптимизм помог мне преодолеть свои сомнения и слабые места и поверить, что, если я позволю моей семье жить чрезвычайно публичной жизнью, нам удастся остаться в безопасности и быть счастливыми.
И он помогает мне сейчас. Будучи первой леди, я замечала оптимизм в совершенно неожиданных местах. В госпитале Уолтера Рида, когда раненый солдат дал отпор жалости, повесив на дверь записку, напомнившую всем, что он все так же силен и полон надежд. В Клеопатре Коули-Пендлтон, направившей часть своего горя от потери дочери на борьбу за улучшение законов о распространении оружия. В соцработнице средней школы «Харпер», которая каждый раз выкрикивала слова любви и признательности ученикам, встречая их в коридоре. И он царит в сердцах детей. Дети каждый день просыпаются с верой в доброту и волшебство. Они не циники, они – верующие по своей сути. Мы обязаны ради них продолжать работать над созданием более справедливого и гуманного мира. Мы должны остаться сильными и полными надежд, признать, что нам всем еще есть куда расти.
Сейчас в Национальной портретной галерее в Вашингтоне висят наши с Бараком портреты, и это делает честь нам обоим. Я сомневаюсь, будто кто-то, глядя на наше детство, наше происхождение, мог бы сказать, что мы окажемся в этих залах. Картины прекрасны, но самое главное – их там увидят молодые люди, наши образы помогут разрушить мысль, что для того, чтобы остаться в истории, нужно выглядеть определенным образом. Если мы смогли вписаться – значит, смогут и многие другие.
Я обычный человек, который прожил необычную жизнь. Я надеюсь, моя история сможет создать пространство для историй других людей, расширить границы общепринятых норм. Мне посчастливилось пройти через каменные замки, городские школы и кухни Айовы, остаться самой собой и чувствовать связь с другими людьми. Каждую дверь, которая открылась для меня, я старалась держать открытой для других. И вот что я должна сказать напоследок: давайте впускать друг друга. Может быть, тогда мы станем меньше бояться и выносить меньше неверных суждений и сумеем отвергнуть предубеждения и стереотипы, напрасно нас разделяющие. Может быть, нам лучше сосредоточиться на том, что у нас общего.
Дело не в том, чтобы быть совершенными. И не в том, где вы окажетесь в конце концов. Просто есть особая сила заявить о себе, рассказать свою уникальную историю, поделиться собственным видением. А в желании узнавать и слышать других есть особое благородство. Вот так, по-моему, мы и становимся людьми.
Как и все в моей жизни, эти мемуары никогда не появились бы без любви и поддержки многих людей.
