Пару последних дней напоминали карусель: картинка не менялась, а просто мелькала перед глазами. Сон-работа-Алена. Пожалуй, в этой тройке моя женщина занимала меня больше всего. Переезд. Уже завтра! А сегодня я ехал к ней, чтобы еще раз посмотреть в ее голубые глаза и в крайний раз пожелать ей спокойной ночи без меня.
А дальше, дальше я буду просто нашептывать ласковые слова ей на ушко в своей постели и не выпускать ее маленькое тело из объятий каждую ночь. Подумал, и меня, как кипятком ошпарило. Наши последние свидания были очень короткими и целомудренными — только легкие намеки на возможную близость. А я скучал по ее карамельному запаху, просто с ума сходил от ее теплой, сияющей, светлой кожи, мне хотелось пройтись руками по идеальным изгибам ее фигурки. Что ж ты со мной сделала, Алена! Утянула в водоворот немыслимых страстей, растворила мою гордость, прокралась в потаенные уголки моего черного сердца, ярким светом озарила мое подземное царство.
В этих мыслях я стоял возле ее двери, когда соседняя отварилась, и я увидел наглую рожу, не могу сказать вот по-другому, Алёнкиного соседа.
— Здравствуйте, товарищ Страхов, что-то Вы зачастили к Кориным. Настойчивостью решили взять?
— И Вам наше с кисточкой, господин Ковалев, а Вы, я смотрю, журнал наблюдений ведете, подглядывать любите? Фи, это уже извращение какое-то. Ну да, Вам же только и остается, что смотреть…
Наглец приблизился. Я понял, что на голову выше. И куда он лезет?!
— Ой, я смотрю Вы — любитель разводить склоку!
— Это Вы — любитель, а я — профессионал! Не рекомендую Вам вступать со мной в перепалку.
— Спасибо за рекомендацию, — он заглянул мне в глаза, — но я сам решу, что мне делать. А Вы бы сюда не бегали, все равно Корины не одобряют Ваш «союз» с их дочкой.
— Спешу Вас заверить, господин Ковалев, что у меня все под контролем. И уже завтра Алена Михайловна переезжает в мою скромную обитель. Получите и распишитесь! — я ехидно улыбнулся.
— Ваша настойчивость достойна уважения, — Еремей (по-моему, так его зовут) скривился, — видимо Аленушка Вас пожалела, Вы ж скорее всего из тех нудных мужчин, которым легче дать, чем объяснить почему ж нет.
— У, а Вы и в мужчинах разбираетесь? Похвально! А то я смотрю, женщины Вас не слишком балуют вниманием...
И это, по-видимому, для соседа был предел. Он подскочил ко мне и уже занес руку для удара, как в его кармане жалобно запищал мобильный.
Парень посмотрел на экран:
— Вам просто колоссально повезло, товарищ Страхов, что это важный звонок!
— Беседуйте-беседуйте, я подожду, — мне уже даже самому было интересно.
Он чуть отошел и елейным голосом сказал в трубку:
— Да, Диточка! Дома. Ой, буду только рад! А твой-то где? Ты не думаешь, что это немного опасно? И я тебя!
Я вот невольно подслушал. Видимо намечался небольшой адюльтер. Тоже герой-любовник выискался. А еще и на Алену мою заглядывается.
— Продолжим? — я посмотрел на Ковалева вопросительно.
— Да ну Вас, товарищ Страхов, слишком хорошее настроение, чтобы об Вашу рожу, пардон, лицо руки марать!
— То-то же! Напоследок будет к Вам просьба даже не смотреть в сторону Алены Кориной, а то я ж тоже могу Вашу ро…, пардон, лицо немного подрихтовать.
— И не даром у Вас фамилия такая, очень напугали, — парень ухмыльнулся, — да знаю я, что с Аленой у меня ни малейшего шанса. Одно не пойму, должна она Вам что ли или может это гипноз такой изощренный?
— Чего это?
— Ну кто в здравом рассудке и по своей воли в такого, как Вы, влюбится, Вы — прямо черт из табакерки…
— Вы, господин Ковалев, бросайте чужие отношения анализировать и к мужикам приглядываться… А любовь она, как известно, зла…
— Вот козлы этим и пользуются, — засмеялся он, — Не обижайтесь только, сам такой!
— Угу, уже и не такое про свою личность слышал, меня сложно удивить. Бегите уже к своей телефонной подруге, а то у Вас глаз дергается…
— Ну и ушастый же Вы, товарищ Страхов! — и парень, достав сигареты, направился к выходу.
Дверь мне открыла сама Аленка.
— Что-то ты поздно сегодня, — удивилась она, — а я тебе уже жду-пожду, заморилась ждать.
— Ален, пришел, как мог, ты не рада мне?
— Ну что ты, конечно рада, да еще и как, — повисла на моей шее, — тем более ты — мой будущий сожитель.
— Какое мерзкое слово, — я поморщился, — не называй меня так!
— А как тебя называть?
— По имени, хочешь по имени отчеству, «любимый» там, «мой господин».
— Ну подожди, это я так смогу тебя называть, когда мы одни. А вот для других ты кто?
— Твой возлюбленный, ну это конечно перебор немного, парень, тоже как-то странно, говори всем, что я — твой новый муж!
— Новый? У меня ж вроде старого не было….
— А слово «муж» тебя не смутило?
— Смутило немного, особенно в контексте, что мы не женаты.
— Я же на испытательном сроке…
— Спасибо, что напомнил. С первым испытанием Вы, Иван Васильевич, справились успешно, и мы приглашаем Вас принять участие во втором — под названием «переезд».
— А сколько всего будет этих испытаний?
— 3-4, примерно!
— Ох, нифига себе, во что я ввязался?!
— Бегите пока не поздно!
— Уже не могу, — обнял ее за плечи, — слишком поздно...
