— Не надо мне поддиктовывать — все, что касается секса уже в плане.
— За это тебя и люблю, чуча!
— Еще раз так меня назовешь, черт рогатый, то страшно пожалеешь!
Я специально ее вывожу из себя:
— Чуча Чучундровна Корина! А будешь Чуча Чучундровна Страхова!
— Да я тебя! — и начинает мелко щипать меня за руку, а потом еще больно щипает за зад.
— Ты прям злодейка, не щипайся, а то я жениться перестану.
— А мне обязательно фамилию менять? А то я как-то со своей свыклась.
— Заставить я тебя, Алён, не могу, сделай мне просто такой свадебный подарок!
— Ок, я над этим подумаю.
— Опять будешь неделю просить?
— Ой, нет, просто бессрочно подумаю…
— Началось…
— Заявление завтра пойдем подавать?
— Так завтра же воскресение, в понедельник в обеденный перерыв и подадим, ты только документы не забудь.
Воскресение прошло очень быстро, мы даже не успели опомниться, как уже в понедельник стояли перед дверями кафедры, которые Аленушка и открывала. Мы вошли в комнату только вдвоем, и я улучил момент и поцеловал мою девочку в висок, в эту самую секунду вошел Яков Михалыч:
— Я так и знал! — он широко улыбнулся, — Страхов и Корина, да ваш театр изначально был шит белыми нитками, ну только чтобы на работе ни-ни, и не будем афишировать данный факт для других, конечно, если на свадьбу меня позовете!
— Яков Михалыч, — вступил я, — ну за кого Вы нас принимаете, пригласим обязательно.
— Василич, а у меня для тебя тут письмецо интересное из самого Стокгольма, танцуй.
— Плохой из меня танцор, придется Вам его мне просто отдать.
— Ну держи, жених, и пусть тебе твоя невеста его и переведет с английского.
— Та я вроде и сам понимаю.
— Нет Вань, дай мне, — Алена выхватила письмо и открыла его. И тут ее лицо стало грустным.
— Плохие новости?— подошел ближе.
— Нет, прекрасные, тебя приглашают к участию в медицинском проекте при Стокгольмском университете, одно смущает — проект будет длиться с 15 августа по 15 февраля.
— А сегодня какое число?
— 20 июля!
— Так скоро?
— Они пишут, что все детали выслали тебе на электронную почту: тут еще оригинал приглашения и сопроводительное письмо для посольства, проезд и проживание за их счет, плюс тебе будет выплачиваться заработная плата.
Алена заметно погрустнела.
— Может мне не ехать? Ну его, этот проект.
Завкафедры вмешался:
— Это такой шанс!
Алена заглянула мне в лицо:
— Яков Михалыч прав, нужно ехать, все равно свадьбу мы планировали только на апрель-май.
Я задумался!
С момента, как вчиталась в первые строки того злополучного письма, не могла найти себе места. Сама мысль, что мне предстоит скорая разлука с Иваном гулким болезненным эхом отзывалась в моем сердце. И мозг осознавал, что это для него реальный шанс сделать карьеру и может быть уже никогда больше такого шанса не будет, но сердце ныло так… Бррр!
Меня пронзила острая боль. Мне не хотелось выдавать свое истинное состояние, чтобы не расстраивать Страхова, все-таки он должен, обязан принять это приглашение, как бы я не изнывала.
— Вань, нечего и сомневаться, приглашение надо принимать, где ты еще такого опыта наберешься? — твердо сказала я.
— Аленушка, а ты?
— Так, иди уже в свое подземное царство, не при завкафедры же обсуждать личные вопросы, — прошептала.
— А мы заявление подавать не поедем?
— Может пока не будем, все-таки ты уедешь. Вернешься — потом!
— Нет, Алён, уже не соскакивай, решили сегодня и пойдем сегодня — жди меня в 12.30 возле выхода или можешь ко мне сама зайти, — подмигнул мне.
— Вот уволь, после последнего раза не очень и хочется! Уж слишком у вас тихо и жутко.
— Не хочется? — Иван, — лукаво улыбнулся и подошел ко мне сзади, делая вид, что ему нужны папки в шкафу передо мной. Нашел еще способ прижаться ко мне привселюдно. Вот же плут! Мое тело заныло от внезапной близости с моим мужчиной и покрылось мурашками. Когда же я успокоюсь?!
— Буду без него полгода и немного остыну, — напомнила сама себе мысленно.
Он наклонился к моему уху и произнес:
— Уже от меня не сбежишь! И не опаздывай!
Бегать от Страхова? Да я бы предпочла прорасти в нем, стать его тенью, спрятаться в его сердце навсегда. Но мне сейчас нужно было принять факт скорого расставания и даже мысли о свадьбе не радовали.
Между тем, за многочисленными поручениями Якова Михалыча, я не заметила, как пролетело время. Пока я расставляла папки, мой мобильник разрывался на столе. Я спрыгнула со стула, и не глядя, ответила:
— Алло!
— Корина, ты видела, который час? — Иван явно сердился, — просил не опаздывать!
— Прости, я через минуту буду, — всполошилась я.
Схватив папку с документами и свою сумку, опрометью бросилась к выходу. Но с разгона врезалась в расслабленного Аполлонова.
— Алёнушка, ты что меня добить решила? — он посмотрел с укором.
— Лёнечка, извини меня, я не нарочно, очень спешу, — ловко его обогнула и вылетела из здания.
— Не спеши, а то успеешь! Осторожней на поворотах, — крикнул мне вслед Леонид.
Иван ждал возле машины, и был явно недоволен:
— Ты часом не передумала? А то я думал, решила меня продинамить!
