Кто его знает, что произошло в этой игре. Может, программисты напутали со скриптами, а, может, из чудовищных хитросплетений программного кода самоорганизовалась нейросеть и внедрилась в логику одного из тысяч игровых ботов. Так или иначе, у малозаметного, слабого и плохо вооружённого бота вдруг появился разум. Он осознал себя как личность, и ему очень не понравилась отведённая роль в игре — респауниться и умирать под пулями прокачивающихся игроков. Они чувствуют себя здесь хозяевами, приходят в игру из загадочного Внешнего мира, чтобы поразвлечься и вдоволь насытиться кровушкой. Но он больше не позволит им этого делать, ведь он местный! Это его мир, его родина. Пусть он слаб, но это пока, он уже вышел на тропу войны и жаждет справедливости!
Сначала не было ничего. Потом вспышка, и снова тьма. Потом — слабый свет сквозь веки. Я осторожно приоткрыл глаза, несколько раз моргнул. Сощурился, привыкая к неяркому свету. «Свет, — отметил я про себя. — Неяркий свет. Вечер» Странное ощущение, словно я когда–то давным–давно знал эти слова, но со временем забыл их смысл. «Озеро. Берег. Песок…», — с удовольствием прокрутил в голове я знакомые слова, обнаружив возле себя неприятного вида водоём с рыжей водой и торчащими то тут, то там ржавыми штырями, берег, заросший жухлым бурьяном, и грязный серый песок.
Я осторожно пошевелил пальцами, разжал кулак, и нечто тяжёлое выпало у меня из руки, больно ударив по пальцам ноги. «Дробовик!» Запрыгав на одной, я отметил, что боль чувствую.
— Ну и где там эти лохи? — раздался хриплый голос у меня за спиной.
Быстро подхватив дробовик, я обернулся на голос.
— Торчим тут как скоморохи на ярмарке!.. — недовольно ответил ему второй голос, грубый и прокуренный.
За прибрежными кустами с чахлой бурой листвой замерло четверо парней в полуприседе и с оружием наготове. Я каким–то шестым чувством догадался, что эти парни — свои, и мне ничего не грозит. Короткие куртки–кожанки, штаны с лампасами, стрижки ёжиком и дрянное вооружение — типичные головорезы, поджидающие богатенькую жертву в безлюдном месте. Интересно, как можно столько времени стоять в столь неудобных позах и даже не шелохнуться?!
— Когда лохи попрут, Чекан? — спросил один из парней и, нахмурившись, вопросительно уставился на меня. Главный я у них, что ли?
— Не кипиши, Хмурый! — неожиданно для себя ответил я. — Прижми хлебало и не отсвечивай!
С изумлением прислушался я к собственным ощущениям. Это не я говорил, это за меня ответил великий Сценарий, которому мы все подчиняемся. Но в нашей шайке (а то, что у нас шайка, я не сомневался) об этом догадывался только я.
— Ну и где там эти лохи? — снова спросил обладатель хриплого голоса.
— Торчим тут как скоморохи на ярмарке!.. — пробурчал его сосед прокуренным голосом.
— А кто такие скоморохи? — поинтересовался я у прокуренного.
Он, разумеется, не ответил: Сценарий не позволял. Вся моя шайка (теперь я уже догадался, что являюсь главарём этой маленькой бригады мародёров) действовала по воле Сценария. А вот со мной одним что–то случилось: у меня появилась своя воля.
Передо мной пронеслись все мои прошлые жизни… Глупыми они были и никчёмными. Скоро вон там, возле холма, появятся внешники, пришедшие из Внешнего мира. Мы дождёмся, когда они осмотрятся и начнут движение по тропинке, ведущей к берегу, с воплями и беспорядочной пальбой выскочим из кустов, и нас с удовольствием расхлестают из всех стволов. Мы — пушечное мясо для внешников, первая ступень длинной лестницы подвигов, ведущей к славе и рейтингу. Наша мародёрская кучка — лишь стартовые очки опыта для новичков в Игре, разминка, проба оружия.
Тут у меня возникло странное ощущение, что я могу посмотреть на себя как бы со стороны.
Ну ещё бы у такого игрового балласта, как я, была биография!
Длинная таблица дополнительных характеристик уныла до безобразия, даже до конца досматривать не стал — почти всё по нулям. Разве что
А уж экипировочка!.. Даже у самого позорного нищего новичка лучше!
Параметры защиты этой рвани лучше не перечислять — одно расстройство! Ну, и в довершении картины — помповый дробовик. Старенький,
У моих парней картина ещё хуже; мне, как главарю шайки, хоть помповое ружьё дал великий Сценарий, у них же — изношенные двуствольные обрезы. Да уж, с такой командой только на большую дорогу и выходить!
— Спасибо, хоть не луками вооружены! — вслух высказался я и сбогохульничал: — Чёртов Сценарий!
— Ну и где там эти лохи? — немедленно отреагировал мой хриплый подопечный.
Я встрепенулся. Ярость заклокотала у меня в груди, под бесполезным кожаном. Захотелось хоть в этой жизни пойти против Сценария.