- Не так уж и много нам достанется, - сказал Тёпа, - большую часть в общий котел отберут.
- Вот же ты вроде уже большой, а все еще рассуждаешь как малыш, - со вздохом сказал Кузя, - кто же нас заставляет все добытое мясо сдавать? Припрячем один мешок и потихоньку будем мясо из него готовить.
- Сами что-ли? – удивился Тёпа, - и никакой я не малыш.
- Конечно сами, - сказал Кузя, - не мамы же.
- А что мы с ними не поделимся? – спросил Тёпа.
- Если будет чем, - ответил Кузя, - ну и мы же дома станем меньше есть, так что можно будет им свой паек отдавать.
- Ну если только так, - согласился Тёпа, - ой, а где Йорик?
Где Йорик, где Йорик? Аккуратней надо с посохами обращаться. Нет, я конечно все понимаю, одновременно тащить мешок и посох, при этом еще и карабкаясь вверх по насыпи совсем неудобно. А если при этом еще и болтать на разные отвлеченные темы, так следить за своим имуществом вообще некогда. Веревки, которыми я был прикреплен к оголовью посоха не выдержали столько частого соприкосновения с острыми гранями камней и лопнули. Звук моего падания заглушило гуляющее по пещере эхо от пищания летунов, стук осыпающейся горной породы, разговоры мальчишек. Так что пропажа обнаружилась только когда они добрались до вершины насыпи.
- Надо его найти, - сказал Тёпа.
- Да где же мы его теперь найдем? – возразил Кузя, - он к какую-нибудь трещину закатился и все, пиши пропало.
- Без Йорика, я не уйду, - категорично заявил Тёпа.
- Слушай, давай поступим так, - попробовал его уговорить Кузя, - сначала отнесем мясо, потом отдохнем, потом получше подготовимся, а потом уже вернемся сюда и будем искать Йорика.
- Да ты что совсем ничего не понимаешь? – почти закричал Тёпа, - это же память о старом Гуке!
Этот громкий всплеск эмоций вызвал ожидаемую реакцию у летунов. Они снова все дружно сорвались со своих мест и начали метаться по пещере. Кузя схватил Тёпу и потащил его вниз. Без меня вариантов справиться с возникшей проблемой у мальчишек было немного и поспешное бегство было самым выигрышным из них.
Я остался один в темноте. Дежавю. Я помню, как все начиналось. Лежу в темноте носом вниз в трещине. Кто я? Что я? Где я? Ничего непонятно, ничего не помню. Сейчас ситуация значительно лучше. Нет я по-прежнему ничего не помню из жизни до превращения в череп, но теперь ситуация выглядит значительно лучше. У меня теперь есть магия. Даже не так. У меня теперь есть МАГИЯ! А с магией я из этой ситуации уж как-нибудь выберусь.
Это в начале будущее мое было туманно и беспросветно. А теперь у меня есть цель и для выполнения этой цели есть все средства. Свалился я очень удачно. На большую кучу разнообразных костей, сверху присыпанных, опаленными молнией, тушками летунов. В этот угол пещеры мальчишки не добрались. Похоже, что над этим местом у летунов основное место чего?
- Прима, а летуны как места своего отдыха обустраивают? – спросил я помощницу.
- Никак, - ответила Прима, - они в пещерах прикрепляются к камням и повисают вниз головой. Большую часть времени просто спят. Меньшую часть поглощают пищу, но редко. У летунов мозгов конечно мало, но и их хватает, чтобы понять, что голодные сородичи с удовольствием твою добычу отберут. Плюс при полете им нужен свободный рот, чтобы ориентироваться в темноте.
- Тогда чьи же это кости? – спросил я.
- В основном самих летунов, - ответила Прима, - старость ко всем приходит одинаково. Сил становится все меньше и в один не прекрасный день летун падает вниз головой. Его останки пожирают сородичи, мелкие хищники, которые промышляют в таких местах. Кстати, как раз один подбирается к вам.
Я тут же сфокусировал зрение обратно. Мелькнула какая-то тень и я недолго думаю влепил в нее «Поглощение». Тень пропала. Мигнуло оповещение Системы. Враг поглощен. Интересная мысль мелькнула где-то на периферии сознания. Вот как бы изменилось все вокруг, если бы побежденных врагов можно было поглощать? Но додумать ее я не успел. Сверху по маковке прилетел камень. Не больно, но неожиданно.
Так что я про поглощение врагов и думать забыл. Зато вспомнил, что мне надо добыть себе тело. В идеале. А ближайшая задача собрать скелет.
Вот к ее выполнению я и приступил. Нет, не к сборке для себя скелета, а к разборке кучи костей, на которую свалился. Вскоре я забил костной мукой различных видов почти все свободное место в пространственном кармане. Пора было переходить к следующей части плана. Перехожу на темную сторону. Буду некромантом.
Хотя вот почему на темную? Что за замшелые стереотипы, что за предубеждения? Почему некромант — это всегда только зло? Некроманты бывают разные. Нет я согласен, что постоянное общение с созданиями магии смерти накладывает свой отпечаток. Плюс способы, которыми приходится добывать материалы для исследований не отличаются чистоплотностью и вызывают бурю эмоций у обычных людей. Кому понравится если твоих умерших родственников какой-то непонятный маг заставит служить своим явно недобрым целям?
