Сколько я так прошагал рука об руку с пустотой сказать не могу, за временем не следил. Прошел час, день, неделя – не знаю. Я шел и шел, благо усталости не чувствовал, в еде и сне не нуждался. Летуны, также контролировали периметр, кабан иногда срывался на кого-то в атаку, я просто шел, влекомый вперед манящим мерцанием стрелочки. Я забросил превозмогание, перестал развивать собранные в одну кучу заклинания, я просто шел. В какой-то момент Прима задала вопрос, который смог пробиться через пустоту, которая заполнила меня.
- И долго это будет продолжаться? – раздраженно спросила она.
-Что? – я даже сам удивился, когда ответил на ее вопрос.
- Это неконструктивное и разрушительное самокопание? – пояснила она, - почему из всех разумных рас только люди так себя ведут?
- Как? – односложно спросил я.
- Как самовлюбленные глупцы, - резко сказала она.
Вот кем-кем, а самовлюбленным глупцом я себя не ощущал. Чудовище, монстр, исчадье зла, двуногая тварь. Еще какие-то эпитеты через пустоту проскакивали, но вот глупец, да еще и самовлюбленный.
- Поясни, - попросил я, включая несколько заржавевшие за это время мыслительные процессы. Ибо ничто так не помогает выйти из эмоционального кризиса как хорошая пощечина. Правда ее одной недостаточно. Нужно обязательно включить мозги и по полочкам все разложить. Иначе кризис вернется с новой силой, только врагов станет на одного больше.
- Ни эльфы, ни гномы, ни орки, ни гоблины, никогда не переносят свои эмоции, свои чувства на окружающих, и только люди сначала сами себе на придумывают, то чего нет, а потом сам же по этому поводу и прокрастинируют.
- Прокрасти – что? – уточнил я.
- Не забивай голову, там и так тараканов полно, - ответила Прима.
- По какому поводу была эта эмоциональная истерика, переходящая в экзистенциональный кризис и затягивающая вас в яму самобичевания? – резко спросила она?
- Ну, это, короче, - я с трудом подбирал слова, чтобы объяснить, - значит у них была любовь, а я их обоих, а он до последнего, и вот.
- Вот нет в этом мире этого слова, но придется кажется вводить, потому что тут случай явно клинический, - медленно проговорила она, - вы идиот?
- Кто? – переспросил я.
- Ну дебил, тупица, олень, кретин, - начала перечислять Прима, незнакомые термины. Из всех них, только олень был мне знаком, но появление его в такой компании ставило под сомнение, что тут это слово использовалось в известном мне значении, - какая любовь?
- Неземная, - ответил я, - до самой смерти, как у самых лучших людей.
- Романтический имбецил, - выдохнула Прима, - как же с вами людьми тяжело. Откуда у животных любовь? Вся их жизнь подчинена простым инстинктам. Голод, холод, размножение. Инстинкты и ничего больше.
- Ну а как же материнская любовь? – упорствовал я, - самки же защищают своих детенышей!
- Конечно, защищают, в рамках все того же материнского инстинкта, - прервала меня Прима, - но чуть только ситуация выходит за пределы их возможностей, так тут же они предпочитают спастись самим. И это проявляется повсеместно. Возьмем стадных травоядных, почему самцы стада защищают от хищников детенышей и самок? Потому что инстинкт. Плюс природная рациональность. Пока они сильны и здоровы защищают они, а как они станут старыми и немощными, то молодняк, который они защищали станет защищать их. Но даже в такой системе в экстренном случае освобождаются от балласта – больные и старые первыми проносятся в жертву хищникам, чтобы выжила остальная группа.
У хищников, особенно стайных та же картина. Самые старые или малые члены стаи первыми съедаются в случае голода и бескормицы. У одиночных хищников постоянны случаи, когда самка убивает своих повзрослевших детенышей, которые вторглись на ее территорию. Так что я не вижу никаких причин для дальнейшего самокопания. Возвращайтесь.
Я остановился. Может быть Прима права? И все что было со мной до этого не имеет никакого отношения к миру природы. Красивому, яркому, но жестокому. Вся жизнь, в котором походит по одному сценарию – родись, выживи, размножься, сдохни.
- Да и полз он к ней не для того чтобы поплакать над ее холодным телом, а, чтобы просто сожрать. Чтобы ускорить регенерацию и убить вас, но не потому что он хотел вам отомстить, за убитую любимую, а потому что вы помешали его процессу размножения, - припечатала меня Прима.
Я встряхнулся, поискал глазами камень потяжелее, проверил таймер и принялся запускать заклинания по порядку. Надо наверстывать упущенное время.
- Долго еще до царства мертвых? – спросил я Приму.
- Не очень, - коротко ответила она.
- Что-то как-то тут пустовато, - сказал я, - я чего-то другого ожидал.
