Первая попытка выйти в свет. Первая книга абсолютно бесплатна, дабы собрать обратную связь и рекомендации к следующей части! На протяжении долгих 13–15 лет, текста хранились лишь в тетради и на немногочисленных сайтах. Уверен, каждый читатель найдёт для себя произведение по душе, переплетающееся с его собственной жизнью. Приятного чтения!
Летит подхваченная ветром
Над церквью, площадью и рынком,
Одолевая километры,
Обыкновенная пылинка.
С усердьем выбита с матраса
Чьей-то хозяйственной рукой,
Где пыльная сухая масса
Приют имела и покой.
Теперь она осиротела,
На волю ветра отдана,
Из-за своих размеров тела
Ветрами порабощена.
Летит она над городами,
Лесами, реками, горами,
Летит, гонимая ветрами,
Под голубыми небесами.
Преодолела океаны
И, утоляя интерес,
Увидела чужие страны,
Пока не рухнула с небес.
Дождём её к земле прибило,
И, растворясь в грязи сырой,
Пылинка сил не находила,
Чтоб вырваться из грязи той.
Но дождь прошёл, засохли лужи,
Копытом стукнул зверь прохожий,
И вот пылинки снова кружат,
Их тьма, и все друг с другом схожи.
У всех свой рок, своя дорога!
Что ждёт пылинку впереди
Не очевидно даже Богу,
Забыто то, что позади.
Лети, пылинка. Воля ветра
Пускай несёт тебя вперёд,
Как можно дальше, на край света,
Туда, где всяк свое найдёт…
Мысли-батарейки
Из железной лейки
Утекают в пропасть… Близится закат.
Угольком по стенке,
Сопли до коленки,
Битумное детство — антиквариат.
В жёлтой двухэтажке
Окна нараспашку,
Чёрные подъезды настежь навсегда.
Лето в телогрейке;
Во дворе скамейки,
Вкопаны колёса, втоптана плита.
Дружные соседи,
Провода из меди.
Детворе-конфетки, для себя вино.
Ночь в начале мая,
Весело в сарае,
Первая девчонка, первое оно.
Растворят дождинки
Яркие картинки.
Утекло то время, утекла вода…
Вынули колёса,
Вырвали без спроса,
Битумное детство… Больше никогда!
Ленивые глаза мои закрылись.
Пока они закрыты, я не вижу,
Как в комнате бабайки появились
И надо мной кабенятся бесстыже.
Пока мои глаза его не видят,
Чудовище прокралось из-за шторы,
Из темноты уставленные взоры
Свербят меня, за что-то ненавидя!
Ленивые глаза я открываю
И в темноту их сонно устремляю:
Чудовище мгновенно испарилось
И складками на шторе притворилось.
Но стоит мне сомкнуть глаза повторно,
Из-под кровати тут же выползают
Чудовищных дерев большие корни
И тело мое жадно оплетают.
Носки ползут по полу, как улитки,
Ремень на стуле в кобру превратился,
А Домовой на шее примостился
И душит меня шелковою ниткой.
Вся комната моя преобразилась
И в облаке астральном растворилась.
Привычное исчезло и забыто,
Пока глаза ленивые закрыты…
Я оттого печален
И крайне молчалив,
В немыслимом отчаянии,
Неистово тосклив,
Что рядом нет со мною
Иллюзии моей,
Ее волос копною,
Ее больших очей.
Душа моя тосклива,
Ведь рядом ее нет,
А сердце сиротливо
Все ищет ее след.
Услышав ее имя
Я повторю сто раз,
Мое уныние снимет
Лишь пара ее фраз.
Капризных губ движенье
И нежный голосок,
Как ангельское пенье,
Как свежий ветерок.
Безумно так охота
Все рассказать о ней,
И, может быть, хоть кто-то
Проникнется историей моей
О том, что между нами
Не будет никогда,
Прекрасными словами,
Иными здесь нельзя.
Но я молчу, внутри горя, как вымпел!
Ни с кем и никогда не поделюсь
Историей моей любимой нимфы,
Которой я так преданно молюсь!
И оттого сейчас я так доволен,
Что нет ее со мной, ее со мною нет.
Так пусть же остаюсь я ею болен!
Пусть не услышу я на свой немой вопрос ее ответ!
Ночь. Лес. Прохлада. Луна пожелтела.
Ты вышла на берег из темной воды.
Девственное обнаженное тело
Вовсе не ищет ничьей теплоты.
Бледная, голубоватая кожа,
Длинные волосы цвета листвы.
Ты на луну, ты на ветер похожа,
Голос твой тих, словно шепот травы.
Ищешь заблудших мужчин и мальчишек,
Ищешь, кого бы тебе соблазнить,
Что бы наивных и глупых людишек
В омуте тихом затем утопить.
И до утра на ветвях старой ивы
Будешь чудесную песнь напевать.
Ты, как богиня, как дьявол, красива,
Но чтобы жить ты должна убивать…
У меня противный голос,
Но смазливое лицо.
Я продам любовь и совесть
За алмазное кольцо.
Но не всяким по карману
Я, богиня красоты!
Я пою под фонограмму
Современные хиты,
Чтоб забрать с деревни маму.
Я лукаво улыбаюсь
Толстозадым богачам,
Но восторженным речам
Никогда не доверяюсь.
Я коварной быть стараюсь,
Хоть нередко по ночам
Перед образами каюсь.
Страсть, эмоции и чувства,
Жар душевного огня…
Это все не для меня!
Это все ничтожно, пусто.
Блеск брильянтов, звон монет!
Ничего главнее нет!
А молоденький брюнет?
Боже, он настолько жалок!
Пусть оставит свой сонет
Для тупых провинциалок!
Он, конечно, симпатичен,
Но нисколько не богат!
Он горяч и романтичен,
Но до ужаса комичен,
Как двоюродный мой брат.
У меня душа путаны,
Зато полные карманы
И фигура хороша!
А кому нужна душа,
Коль кармане ни гроша?..
Кого ты ловишь, паучок, в такой глуши?
В этих безжизненных забытых казематах?
Ведь здесь давно не обитает ни души,
Если вообще здесь кто-то обитал когда-то.
Я восхищен твоим упорством, паучок!
Пусть и не разумом рожденным, а привычкой.
Любой охотник позавидовать бы мог,
С каким терпением ты ждешь свою добычу!
В какой-то миг мне стало жалко эту тварь.
И захотелось ей воздать за силу веры.
Я ощутил необъяснимую печаль.
Но, как и всем, мне незнакомо чувство меры.
Порок тщеславия тут мною завладел,
Мне захотелось повлиять на ход событий.
Над пауком я власть фортуны возымел
