— Э-э-э, согласен? — я был немного обескуражен. — Согласен с тем, что я прощаюсь с тобой?
— Нет, я согласен на договор, и на то, чтобы ты забрал меня.
Я чуть в ванную не рухнул, честно, едва не опрокинулся. У меня аж дыхание перехватило и кровь забурлила так, словно меня поджаривали на вертеле или варили в котле. Ни одна мысль в голове не смогла задержаться дольше чем на секунду. Это была почти паника, К., счастливая паника.
— И для этого нам и необходимо встретиться…
— Подожди, стой, — жалкие попытки собраться. — Ты хочешь сказать, что ты согласен жить по правилам, установленным мной? И со мной? Ты согласен быть со мной и только со мной?
— Да, — хрипловатый смех, — Сэм, девочка моя, приезжай, забери меня…
— Прямо сейчас?
— Да! — Мюррей был такими самоуверенным, а я такими неприкрыто обрадованным.
Внутри меня потрошило понимание, что не стоит спускать всё так быстро. Нельзя прощать тот отвратительный день лишь за его согласие. И, к тому же, у меня в спальне сидел Джерри, отчаянно ждущий секса Джерри.
— Хм, заманчиво, но даже не знаю… — напустил в голос скуку от раздумья. — Стоит ли мне расставаться с Джерри ради тебя…
— Сэмюэль, — сказал Мюррей по-особенному, с придыханием, — не ломайся, я и так согласен на все твои сумасбродные пункты.
— Да, но ни один из них не гарантирует мне уверенность в тебе. — Разум охладил моё желание выехать за Мюрреем. — Ты в любой день можешь кинуть меня так же, как собрался кинуть Якоба. Да и нужно ли тебе это на самом деле? — я припомнил ему тот самый вопрос, которым он убивал меня. — Нет, не думаю, не думаю, что тебе это всё нужно, Мюррей.
Он смеялся, громко, чисто, искренне и так заразительно. Мне очень хотелось быть с ним рядом в этот момент и поцеловать.
— А ты отлично учишься, — замолк, — но не стоит тебе пытаться быть мной.
— Я и не пытаюсь, говорю как есть, и всё.
Ещё немного его красивого смеха — и тишина, которую сам я не осмеливался прервать.
— Так ты приедешь? — нарушил молчание он.
Я совсем не думал, просто выпалил, как было на сердце, и сбросил звонок.
— Что-то долго ты там болтал! — Джерри был уже раздет и встретил меня в полной готовности, точнее «во всеоружии». Его член был направлен на меня, и яйца болтались, как у старого деда. Воистину, один из самых уродливых хуев в моей жизни.
— Смотрю, ты очень ждал меня, — хмыкнул и кивнул на его эрекцию.
— Ждал, — улыбка, которую он наверняка хотел сделать хищной, вышла как у слабоумного. — И я надеюсь, мы сегодня доведём дело до конца.
Я подошел к нему скорее из сочувствия и немного, совсем чуть-чуть, из интереса. Хотелось узнать, от чего ухожу и кого именно бросаю. Член в руке был приятно тяжёлым, но эти чёртовы смешные яйца и нелепый пушок на них…
— Нравится? — Джерри нетерпеливо облизал губы. — Хочешь отсосать?
— Ха, я не делаю отсосы, Джерри, — сжал его мошонку, и он зашипел.
— Да ладно, — кривая даже не улыбка. — Твои губки созданы для этого.
Я едва не засмеялся в голос, честное слово. Это была такая жалкая попытка быть как Мюррей, причем Джерри сам не подозревал, в кого он пытается играть. Быть может, до Мюррея конечно, я бы проглотил наживку и воспылал страстью, но после него… Джерри был уморительный словно клоун.
А над клоунами то смеёшься, то плачешь, а что чаще — их жалеешь. Бедные люди.
— Ладно, Джерри, я так не могу, — отошёл от него. — Одевайся и уходи.
— Чего? — он даже не пошевелился.
— Я говорю: одевайся и уходи! — по-плохому я начинал заводиться. Джерри тратил моё время. — Не получится у нас ничего, мне противно с тобой даже рядом стоять.
— Я не понял! — вот тут он вскочил.
— Но я говорю доходчиво! Убирайся! Ты вызываешь у меня рвоту!
До сих пор помню точный оттенок красного, которым покрылось его лицо. А потом он едва не позеленел и начал одеваться, быстро и яростно застёгивая пуговицы где надо.
— Ты ещё получишь… ты ещё ответишь… так разговаривать со мной… — бормотал он злобно, — ещё узнаешь… сука… пропадёшь… я тебе устрою…
В другой раз я бы испугался, ведь порой угрозы не несут в себе ничего пустого. Но это был тот случай, когда несут.
— Ой, — К. отмахивается, — это ведь Джерри, пустобрёх и трус!
— Вот-вот, в общем, я посмеивался, пока он ругал меня на чём свет стоит. А потом он уехал, и я наконец смог собраться, чтобы отравиться к Мюррею.
Я приехал быстро. Буквально моргнул — и вот уже через лобовое стекло видно дом с голубой крышей. Нетерпеливо достал телефон и написал ему, что на месте, а он в ответ позвонил:
— Заходи в дом, я пока ещё собираю вещи.
Было немного страшно, в голове промелькнули мысли, что это всё подстава. Что Мюррей и Якоб просто разводят меня, и в доме меня ждёт страшная встреча. Но всё же вернуться в их «счастливое гнездо» хотелось, и я оставил машину.
— Эй, — постучал несколько негромких раз и, взявшись за ручку, легко отворил дверь. Было не заперто. — Мюррей?
Осторожно зайдя внутрь, почувствовал себя в триллере, под снайперским прицелом, несмотря на то, что не видел никого, кто за мной бы наблюдал. Хотя какая жертва замечает убийцу не в последний момент?
