Что такое смерть? По сути, каждый думает и делает выводы по-своему. Но если действительно… Смерть – это не конец? А наоборот, начало? Что тогда? Андрей, молодой студент, уже достаточно сильно разочаровавшийся в своей непутёвой жизни, внезапно умирает и… Открывает глаза совершенно в другом месте! Более того… Времени осмотреться и понять то, что происходит вокруг у него просто нет. Идёт охота! И он… Дичь? (Метрическая и временная шкала применяется земная, для удобства читателей) Содержит нецензурную брань.
– Это всё из-за тебя! – Старый сенатор Пургу буквально не находил себе места от гнева, метаясь по помещению личного кабинета профессора, словно попавший в ловушку зверь. – Тебе всего-то и нужно было договориться с этим разумным! А ты что сделал? Идиот!
– Да откуда же я знал, что это умник из Фронтира окажется настолько подготовленным? – Пытаясь перевести вину с себя на другого разумного, профессор Ауриа Кнут пожал плечами, задумчиво рассматривая различные резные статуэтки, стоявшие в его шкафу, и напоминали ему о его личных достижениях. – Вообще-то, раз он прибыл с территории Фронтира, то должен быть обычным разумным… Или я в чём-то ошибаюсь? Откуда у него взялось столько баллов гражданского соответствия? Чем он там занимался? Да и сколько ему вообще лет? Кто-то выбрасывал информацию о том, что он вообще несовершеннолетний?
– Нет… Ну ты точно идиот! – Возмутился старик, не сдержавшись бросив в стену кабинета бокал с легким вином, который держал в своей руке. – Если ты не знаешь, то за него заступилась даже служба безопасности Федерации! Я такого никогда в своей жизни не видел. Они обычно ни за кого так не заступаются. А значит, можно понять одно… Этот умник каким-то образом заинтересовал службу безопасности. Чем именно, я не знаю. Но знаю только то, что он им действительно интересен. Если хочешь это оспорить, то советую, как следует задуматься о потенциальных последствиях. Ты сам видел, что со мной сделали…
– Насколько я знаю, сенатор, вы сами написали заявление на отставку? – Словно насмехаясь над стариком, профессор Ауриа Кнут пожал плечами, давая чёткий намёк на то, что он тоже что-то знает. – И утверждать тут то, что вас кто-то и к чему-то принудил, не получится.
– Я уже устал тебе говорить то, что и так все уже знают, идиот! – Раздраженно отмахнулся от него сенатор, отлично понимая, что доказывать что-либо этому разумному просто бессмысленно. – Как ещё тебе объяснять, что у меня выбора не было? Мне припомнили буквально всё. Мне даже сняли баллы гражданского соответствия за старые грехи. Помнишь тот день, когда, ты сам меня подговорил проголосовать за закон, чтобы члены семей сенаторов не попадали под общее законодательство? Чтобы нам и балы гражданского соответствия присуждали за выслугу лет? Помнишь? Вот мне этот закон и припомнили! В Федерации все попадают под одно законодательство! И решает это не какой-то разумный. Решает это искусственный интеллект, которому плевать на семейные узы, или какие-то ещё интересы разумных! И что теперь ты мне предлагаешь? Остаться в Сенате? Да у меня нет столько баллов гражданского соответствия уже, чтобы быть в Сенате. Меня бы на следующий день просто попросили уйти прочь? Там оставаться мне просто не позволили бы! Да, со мной даже разговаривать на эту тему никто не будет! Если я не соответствую Сенату, меня бы просто с позором выгнали. Неужели тебе это непонятно? Уж лучше в таком случае выбыть и сделать это самостоятельно! Проявить так называемую сознательность. Может быть в этом случае у меня что-то получится?
Но профессору Ауриа Кнут были всё равно до одного места все эти рассказы бывшего сенатора, который теперь остался не у власти. Сейчас в их семье остался один разумный, который имел возможность фактически зарабатывать деньги и известность для семьи. И это был явно не старый сенатор Пургу. Ведь этот разумный больше ничем семье помочь не может? Да и о какой помощи может сейчас идти речь, если основная проблема заключается в том, что его лишили власти? Раньше он был сенатором и мог действительно как-то помогать или наоборот мешать своему родственнику? Но теперь, когда он стал
