Так много камней брошено в меня,Что ни один из них уже не страшен,И стройной башней стала западня,Высокою среди высоких башен.Строителей ее благодарю,Пусть их забота и печаль минует.Отсюда раньше вижу я зарю,Здесь солнца луч последний торжествует.И часто в окна комнаты моейВлетают ветры северных морей,И голубь ест из рук моих пшеницу…А не дописанную мной страницу,Божественно спокойна и легка,Допишет Музы смуглая рука.6 июня 1914, Слепнево<p>Песня о песне</p>Она сначала обожжет,Как ветерок студеный,А после в сердце упадетОдной слезой соленой.И злому сердцу станет жальЧего-то. Грустно будет.Но эту легкую печальОно не позабудет.Я только сею. СобиратьПридут другие. Что же!И жниц ликующую ратьБлагослови, о Боже!А чтоб Тебя благодаритьЯ смела совершенней,Позволь мне миру подаритьТо, что любви нетленней.23 мая 1916, Слепнево<p>«Слаб голос мой, но воля не слабеет…»</p>Слаб голос мой, но воля не слабеет,Мне даже легче стало без любви.Высоко небо, горный ветер веет,И непорочны помыслы мои.Ушла к другим бессонница-сиделка,Я не томлюсь над серою золой,И башенных часов кривая стрелкаСмертельной мне не кажется стрелой.Как прошлое над сердцем власть теряет!Освобожденье близко. Все прощу,Следя, как луч взбегает и сбегаетПо влажному весеннему плющу.Весна 1913, Царское Село<p>«Был он ревнивым, тревожным и нежным…»</p>Был он ревнивым, тревожным и нежным,Как Божие солнце, меня любил,А чтобы она не запела о прежнем,Он белую птицу мою убил.Промолвил, войдя на закате в светлицу:«Люби меня, смейся, пиши стихи!»И я закопала веселую птицуЗа круглым колодцем у старой ольхи.Ему обещала, что плакать не буду.Но каменным сделалось сердце мое,И кажется мне, что всегда и повсюдуУслышу я сладостный голос ее.Осень 1914<p>«Тяжела ты, любовная память!..»</p>Тяжела ты, любовная память!Мне в дыму твоем петь и гореть,А другим – это только пламя,Чтоб остывшую душу греть.Чтобы греть пресыщенное тело,Им надобны слезы мои…Для того ль я, Господи, пела,Для того ль причастилась любви!Дай мне выпить такой отравы,Чтобы сделалась я немой,И мою бесславную славуОсиянным забвением смой.18 июля 1914, Слепнево<p>«Потускнел на небе синий лак…»</p>Потускнел на небе синий лак,И слышнее песня окарины.Это только дудочка из глины,Не на что ей жаловаться так. Кто ей рассказал мои грехи И зачем она меня прощает?… Или этот голос повторяет Мне твои последние стихи?1912<p>«Вместо мудрости – опытность, пресное…»</p>
