Подошла. Я волненья не выдал,Равнодушно глядя в окно.Села, словно фарфоровый идол,В позе, выбранной ею давно.Быть веселой – привычное дело.Быть внимательной – это трудней…Или томная лень одолелаПосле мартовских пряных ночей?Утомительный гул разговоров,Желтой люстры безжизненный знойИ мельканье искусных проборовНад приподнятой легкой рукой.Улыбнулся опять собеседникИ с надеждой глядит на нее…Мой счастливый, богатый наследник,Ты прочти завещанье мое.19 июля 1914, Слепнево<p>Побег</p>
О. Л. Кузьминой-Караваевой
«Нам бы только до взморья добраться,Дорогая моя!» – «Молчи…»И по лестнице стали спускаться,Задыхаясь, искали ключи. Мимо зданий, где мы когда-то Танцевали, пили вино, Мимо белых колонн Сената, Туда, где темно, темно. «Что ты делаешь, ты безумный!» — «Нет, я только тебя люблю! Этот ветер – широкий и шумный, Будет весело кораблю!» Горло тесно ужасом сжато, Нас в потемках принял челнок… Крепкий запах морского каната Задрожавшие ноздри обжег. «Скажи, ты знаешь наверно: Я не сплю? Так бывает во сне…» Только весла плескались мерно По тяжелой невской волне. А черное небо светало, Нас окликнул кто-то с моста, Я руками обеими сжала На груди цепочку креста. Обессиленную, на руках ты, Словно девочку, внес меня, Чтоб на палубе белой яхты Встретить свет нетленного дня.Июнь 1914, Слепнево<p>«О тебе вспоминаю я редко…»</p> О тебе вспоминаю я редко И твоей не пленяюсь судьбой,Но с души не стирается меткаНезначительной встречи с тобой.Красный дом твой нарочно миную,Красный дом твой над мутной рекой,Но я знаю, что горько волнуюТвой пронизанный солнцем покой.Пусть не ты над моими устамиНаклонялся, моля о любви,Пусть не ты золотыми стихамиОбессмертил томленья мои —Я над будущим тайно колдую,Если вечер совсем голубой,И предчувствую встречу вторую,Неизбежную встречу с тобой.1913<p>Царскосельская статуя</p>
Н. В. Н.
Уже кленовые листыНа пруд слетают лебединый,И окровавлены кустыНеспешно зреющей рябины,И ослепительно стройна,Поджав незябнущие ноги,На камне северном онаСидит и смотрит на дороги.Я чувствовала смутный страхПред этой девушкой воспетой.Играли на ее плечахЛучи скудеющего света. И как могла я ей простить Восторг твоей хвалы влюбленной… Смотри, ей весело грустить, Такой нарядно обнаженной.Октябрь 1916, Севастополь<p>«Вновь подарен мне дремотой…»</p>
