На первый взгляд брак Гали был похож на сказку: заботливый муж-итальянец, дом среди живописных пейзажей, чудесная дочь… Но в реальности Галя сталкивается с домашним насилием и встает перед трудным выбором: смириться или бежать, не имея ни работы, ни знакомых, и рискуя потерять самое дорогое, что есть в жизни матери…У Аниты всё наоборот: крепкий брак, удачно складывающаяся карьера и уютное жилье. Однако знакомство с Галей помогает распознать опасные звоночки в собственной, казалось бы, идеальной семье…Роман основан на реальных историях.«Беги» – это социальная драма Лидии Давыдовой, которая правдиво отражает упорство женщин, преодолевающих непростые ситуации в чужой стране. Книга заставляет задуматься, к чему может привести замалчивание, отрицание, а также выученная беспомощность и отсутствие интеграции. Через истории нескольких героинь автор показывает, что даже в самых сложных обстоятельствах есть выход.«Читать этот роман больно, но как же захватывающе! Правдивая история о любви и ненависти, дружбе и отчаянье, мужестве принимать сложные решения и удары судьбы. А еще – о смелости разозлиться и сказать: "Со мной так нельзя", нарушить молчание жертвы и разорвать путы насилия и зависимости. Ода всем хрупким женщинам со стальным стержнем внутри, которые ищут свободу от страха, а обретают самих себя». – Ольга Примаченко, автор бестселлера «К себе нежно»
© Давыдова Л., 2022
© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2022
Удар был сильный. Потеряв равновесие, она схватилась за край стола, но скатерть предательски соскользнула, и женщина рухнула на спину. Голова стукнулась о мраморный пол, внутри загудело. Она замычала, попыталась подняться, но тут же получила ещё один сильный удар в живот.
– Мамочка-а-а.
Дочка подбежала, протянула руку, но была мгновенно отброшена в сторону. Она вписалась в стену и упруго, как мячик, отскочила. Раздался пронзительный детский крик.
Женщина, несмотря на дикую боль в животе, медленно приподнялась. По губе дочки стекала струйка крови. Женщина издала звериный вопль, кинулась к окну и истошно заорала: «Aiuto!»
Через пять минут в дверь стучали соседи. Они колотили так сильно, что, казалось, дверь вот-вот сорвётся с петель.
– Не высовывайся, – пригрозил он кулаком и направился к выходу.
Как только дверь распахнулась, женщина с дочкой на руках, в пижаме, стремительно бросилась наружу.
Колокол терракотовой церкви пропел шесть раз и слился с глухим «оммммм». Худая жилистая йогиня сидела в позе лотоса, сложив ладони на уровне груди.
– Оммммм, – повторила Анита и сделала глубокий вдох. Она открыла глаза и медленно выпустила струйку воздуха наружу.
– Дорогие, – йогиня откинула назад свои чёрные блестящие волосы и улыбнулась женщинам, сидевшим в кругу, – начинаем делать то, чему я учила вас в прошлый раз.
Она дотронулась до низа своего живота и громко произнесла:
– Представляем, как ваша матка дышит, наполняем её кислородом. – Йогиня встала и ритмично задышала. – Давайте, давайте! – воскликнула она и подняла руки.
Йогиня поочерёдно останавливалась перед каждой участницей, чтобы помочь своим ритмичным дыханием. Кругленькая миловидная женщина с тёмным каре дышала тихо и как бы стесняясь.
Йогиня присела рядом и накрыла своей ладонью низ её живота.
– Дыши, Анита, дыши глубже, дорогая, вот так, умница, выдыхай! Тебе это упражнение особенно полезно. – Она наклонилась к уху женщины и прошептала: – Вот увидишь, с мужем всё наладится.
Всю ночь в стену стучали. Негромко, но заснуть это мешало. Дочка под боком тихо сопела. Галя накрылась одеялом с головой, но всё равно продолжала прислушиваться к стуку. Интересно, что это? Вроде не молоток. И не что-то тяжелое. Слегка позвякивает и шуршит. Погремушка? Скорее всего. У соседки было двое детей – четырёхлетний мальчик и годовалая девочка. Соседка была тихая и осторожная, дети, наоборот, шумные.
В двухэтажном доме жили четыре мамы с детьми. Все семьи размещались на первом этаже. На втором ночевали воспитатели и хозяйка Моника.
У Гали и Зины было по одному ребёнку. У африканки Саиды трое детей, у итальянки Федерики, той, что по соседству, двое.
Дочка спала на удивление крепко при любом шуме, а вот Галя не могла. К тому же Галю мучили кошмары. Каждый день, с того первого дня «в структуре», с той первой фразы
Беатриче.
На телефоне заиграла нежная музыка. Галя мгновенно нажала на кнопку, чтобы не разбудить дочку, и встала.
Беатриче засопела и с удовольствием растянулась на всю ширину кровати. В комнате были две односпальные кровати, Галя хотела их сдвинуть, но воспитатели не разрешили, а одна Беатриче спать отказывалась.
Пять утра. Галя набросила фланелевый халат, старый, потрёпанный, но очень любимый ею, – подарок мамы на день рождения: «чтобы не мёрзла, а то ваши итальянские дома холодные даже летом». Женщина скрипнула дверью и вышла в коридор. В доме стояла непривычная тишина. Галя прокралась мимо закрытых дверей соседок, нырнула в тесную ванную комнату, плеснула на лицо тонкой струйкой воды и, чуть поскрипывая паркетом, зашла на кухню. Аккуратно закрыла за собой дверь и села у окна. На стене тикали часы, холодильник привычно урчал. За окном тёмное небо размывалось чуть заметно подступавшим рассветом.
Каждое утро Галя просыпалась раньше остальных: раньше воспитателей-надзирателей, и детей-непосед, и задёрганных мам, – чтобы посидеть в тишине. Она поставила на плиту кастрюльку с водой. Когда выйдет отсюда, первым делом купит электрический чайник. Чая в её семье пили много, отец пил и утром, и в обед, и за ужином, запивал им еду. Конечно, не чай из пакетиков. Отец ходил на рынок, долго искал, нюхал, даже жевал и покупал рассыпной чай на развес.
