Я замолчала, но сердце билось о грудную клетку, стремясь вырваться и броситься ему на помощь. Внезапно в зале потемнело, все свечи и фонари разом погасли и из середины нашего стола вырвались разноцветные искры. Они поднялись до самого потолка, превращаясь в удивительных, переливающихся радугой птиц, и разлетелись по залу, вызвав восхищённые крики публики.
Кто-то завопил:
― Давай ещё, Фокусник! ― и в ответ на это по стенам трактира побежали белки и зайцы, на ходу превращаясь в лис и волков. Народ уже восторженно ревел, представление продолжалось. Я почувствовала горячую руку Арчи в своей ладони, снова услышав его шёпот в голове:
― Скорее, Дора ждёт нас у порога…
Для меня всё смешалось в разноцветную мелькающую картину, от которой кружилась голова. Ноги бежали за Арчи, постоянно на что-то натыкаясь, в ушах стоял шум и хлопки, словно взрывались всё новые и новые «шутихи», и когда, задыхаясь, прохрипела:
― Всё, больше не могу, ― дверь, наконец, распахнулась, и мы оказались во дворе. Жадно глотала открытым ртом свежий ночной воздух, остудивший разгорячённые лёгкие, но свободнее дышать почему-то не стало.
― Что так долго, ребята? ― недовольно проворчала Дора, ― бегите за мной. Ох, Фокусник, страшно подумать, что сейчас начнётся, когда вспыхнет свет, и все увидят три трупа за столом. Беда с тобой, Арчи… Скорее сюда, я открыла сарай, забирайтесь внутрь. Придётся запереть вас на замок, утром открою, ― с этими словами она втолкнула нас в небольшое, тесное и очень пыльное помещение, где даже не было окон, и ушла, переваливаясь, как утка.
― Не вздумай применять магию, я уже чувствую,
Я даже не удивилась, когда под потолком закружили знакомые мотыльки, и волшебной свирели на этот раз не понадобилось. Света они давали мало, но его вполне хватило, чтобы рассмотреть старую кровать с накиданными на неё тюками и коробками. Арчи понял меня без слов, сбрасывая их на пол и помогая устроиться поудобнее. Перепуганная «прекрасная дама» свернулась калачиком и плакала, уткнувшись лицом в рукав костюма и чувствуя, как рыцарь закрывает меня множеством одеял и каких-то тряпок.
― Довольно, остановись ― задохнусь же под ними, ― я пыталась отбиваться, но Арчи с каким-то остервенением продолжал накидывать сверху вещи. В какой-то момент даже показалось, что он сошёл с ума, решив меня здесь похоронить.
Но Фокусник и сам пролез внутрь, забравшись с ногами на кровать, и поставил между нами стул, образовав что-то наподобие тряпичной пещеры.
― Во-первых, так будет теплее, попробуй уснуть, если сможешь. Во-вторых, в этом маленьком пространстве я постараюсь замаскировать нас своей… ну, назовём это «особенной магией». То, что те,
Я перестала плакать, внимательно прислушиваясь к его словам.
― Магия? Эти твои
― Если хочешь, можешь
― Но твои способности удивительно похожи на «природную» магию, мне о ней рассказывал учитель. Её практикуют где-то очень далеко, она ― редкое, почти неизученное явление.
― Может, и так ― к сожалению, спросить не у кого. Я уже говорил тебе, что, вероятнее всего, родом из Королевства пожирателей Чёрной Луны. Кто-то вывез меня оттуда через пустоши и бросил в горах, на дороге, в довольно безопасном месте у человеческого поселения. Значит, хотел, чтобы я выжил. Как знать, может, родители были природными магами и учили сына этой науке ― ничего об этом не помню. Способности проявлялись с детства постепенно, и со временем, наверняка, я ещё многое смогу…
Вдруг он замолчал, и я замерла, почувствовав, что сейчас нам грозит опасность. Арчи шепнул:
― Сиди тихо, что бы ни происходило.
Раздался удар металла о металл, и дверь заскрипела. Даже под кучей одеял меня коснулся поток холодного воздуха ― кто-то сломал повешенный Дорой замок. Ледяной голос Дона спросил:
― Марк, ты их чувствуешь?
― Нет, Донни, но то, что сидит внутри, кричит:
― Франни близко!
― И что нам делать, брат, мой демон требует, чтобы я всё тут сжёг…
― Нет, Донни, надо сопротивляться, мы и так натворили дел: наши грехи растут, и я не знаю, как теперь их искупить.
Я слышала тяжёлое дыхание Дона и его стон:
― Ладно, попробуем ещё потянуть время, но с каждым днём я становлюсь слабее, а эта тварь внутри растёт. Она уже управляет моими словами и руками, мы обречены, Марк. Когда же Франни решится и прикончит нас обоих?
Они вышли наружу, хлопнув дверью, а я заплакала, закрыв рот руками. Арчи не утешал, видимо, не зная, что сказать. Его голос пришёл ко мне не сразу, словно издалека, и был полон раскаяния:
