Попадая в благоприятные условия, они дают начало эволюции, и вот тут на сцену событий выходят факторы внешней среды. Иная (отличная от земной) гравитация, температура, плотность и химический состав атмосферы приводят к первым мутациям, и жизнь начинает развиваться иначе.
Мы встретим подобное на сотнях иных планет, – думала Хлоя, – но вряд ли в обозримом будущем сможем узнать кто на самом деле создал базовую ДНК. Рассуждая метафизически[17], логично предположить единое начало жизни во Вселенной…
Она в волнении встала, прошлась по отсеку, пытаясь унять головокружение. Сейчас надо сосредоточиться на выживании. Все остальное можно обдумать со временем.
Горсть пищевых таблеток, стимулятор, несколько глотков воды и снова за терминал кибернетической системы.
Данные, собранные андроидом, были поистине бесценны. Генетический код полученных образцов позволил ей моделировать организмы, проводить сравнительный анализ с земными формами жизни, прогнозировать угрозы и разрабатывать способы выживания.
Пытливый ум, при мощной поддержке технологий корпорации «Генезис», указывал путь, при котором человеку не понадобится постоянное ношение защитной экипировки.
Хлоя отчетливо понимала: основную угрозу представляют эндемичные микроорганизмы, затем – нейротоксины, являющие основным оружием в борьбе за выживание, а также некоторые виды белков, специфичные для исконной биосферы.
Выход был только один: используя имеющуюся аппаратуру разработать генетическую терапию. Средством доставки и записи новых участков ДНК станет вирус, – эти микроорганизмы известны способностью создавать копии своего генома и встраивать их в хромосомы клеток «хозяина». Таким образом специально сконструированный штамм вместо того, чтобы вызвать заболевание доставит и «запишет» в клетки человека нужную генетическую информацию.
В результате образуются новые группы лейкоцитов, способные реагировать на местные патогены, повысится общая сопротивляемость к нейротоксинам, – эту эволюционную способность ей удалось выделить и заимствовать у местных форм жизни, и, наконец, человек сможет употреблять в пищу экзотические белки, как растительного, так и животного происхождения.
При наличии генетического конструктора задача выглядела выполнимой, за одним «но».
У Хлои не было времени и возможности вести методичные эксперименты, ставя опыты на клонированных организмах.
Проводить терапию на себе – безумный риск. Но иного выхода просто не осталось. Один андроид сгинул в топях, второй ограничен функционально, – едва передвигается на самодельной тележке. Запасных частей нет. Запас метаболитов на исходе. Ресурс исследовательского скафандра почти исчерпан, – сколько ни оттягивай, а выбор сделать придется. Либо прожить несколько лет взаперти, используя уникальную аппаратуру для синтеза воды и пищи, либо рискнуть.
Установленный на вершине холма аварийный маяк работал, но никто не спешил прийти ей на помощь.
Дилемму решил рецидив болезни.
К вечеру двадцатого дня исследований, состояние Хлои резко и внезапно ухудшилось. Синтезированный антибиотик не смог полностью уничтожить ксенобактерии. Для полного выздоровления ее организму требовался новый вид фагоцитов[18], способных справиться с патогенами…
Система генетического конструктора уже завершила синтез, – инъектор с прозрачной жидкостью, содержащей нужные модификации, лежал в стерильном боксе.
Руки дрожали. Сознание теряло четкость. Возможно, генетическая терапия не сработает, а внедрение новых участков ДНК приведет к роковому, некорректному результату.
Голубоватые прожилки вен четко выделялись на похудевших руках.
Боже, как страшно…
Щелчок инъектора прозвучал, как выстрел.
– Ну, и где они? – Ральф Дуглас приподнял голову, выглядывая поверх замшелого валуна.
– Не высовывайся. Заметят, – убьют.
– Да с чего вдруг?
– По мне-то стреляли!.. И тропа заминирована…
– Чейз, не дури. Нет тут ничего подозрительного. Может тебе привиделось?
– Говорю же, – за теми зарослями остров. Большой остров, врубаешься? И там полно андроидов. Вот куда они ушли!
В подтверждение его слов до слуха донесся отдаленный басовитый гул, явно не природного происхождения, но сколько Ральф ни вглядывался, сколько ни пытался отыскать при помощи датчиков БСК хоть какую-то сигнатуру, все тщетно.
Заросли всколыхнулись и к звериной тропе (ее обозначали примятые и сломанные стебли остролиста, растущие на мелководьях), вышла парочка ящеров. Разбрызгивая воду, они уверенно направились к противоположному берегу, добрались примерно до середины, когда грянул взрыв.
Ну и дела… – Дуглас проводил взглядом две растерзанные туши, – их уносило течение.
А затем случилось и вовсе невероятное.
На другом берегу показался человек. Системы боевого сканирующего комплекса взяли увеличение.
– Фрайг… Это же Серега Потапов! Но говорили, что он угодил в топь и утонул!
