— Господи, Майк, и что? И что, что она сказала? Какой ты все-таки наивный. Я знаю её лучше, чем она себя. Уж поверь мне, Тейлор не придет, — уверенно говорит подруга.
— Тем хуже для неё, — пожимает плечами Джим. — Нам больше достанется.
— Если ты так уверена, то зачем здесь пятая тарелка? — спрашивает Грег.
— Дала шанс статистической погрешности. Всегда есть крохотная вероятность, что вместо подруги придет медведь. Увы, — беззлобно говорит она и, взяв палочки, думает, на какие роллы нацелиться первой.
— Почему ты не ешь мясо, но ешь рыбу? Ей что, не больно? — шутит он.
То, о чем мы все хотели, но стеснялись спросить.
— А ты что же, думаешь, мне жалко животных?
Грег пожимает плечами. Она усмехается и говорит, как она обычно говорит, не допуская, что кто-то может быть не согласен и не беспокоясь о том, чтобы быть понятой:
— Животные слишком тупые, чтобы их есть.
Заворачиваю свою тупую утку в блинчик и демонстративно отправляю в рот. Мы смеемся.
— Ну, рыбы всяко умнее.
— Конечно. За миллионы лет они так и не выбрались из воды.
— Э-эй! Поставь креветки на место, если не хочешь праздновать день рождения в больнице, покрытая волдырями.
— Бу-бу-бу. Злюка. Майк, как ты с ним живеёёшь? — ноет она.
— Хреново. Знаешь как мне влетает? Нельзя спать с включенным светом, нельзя читать под одеялом, нельзя завести собаку… А самое ужасное знаешь, в чем? Одна серия черепашек в день.
— Кошма-ар! Одна серия? — одними губами возмущается она.
— И не говори.
— Вот сказочник, — возмущается Грег. — Видик я давно выкинул. А вот остальное — правда. Читать под одеялом. Да ладно.
Целую его в щеку. Он кажется удивленным: я не особо люблю нежности на людях, пусть это и наши друзья. Стейси прячет улыбку.
— Не знал, что у тебя аллергия, — удивляется Джим.
Стейси перестает жевать и отвечает убийственным взглядом.
— С таким бойфрендом, как ты, Джим, и помереть не долго, — смеша всех, заявляет она. — Ты прямо как Кэндис: «Я не думала, что он выстрелит». Не думала она.
— Она так сказала? — спрашиваю я.
— Это не единственная чушь, которую она несла. Ты же видел, как её ломало.
— Откуда у нее пистолет? — Джим. — Если б мне понадобилась пушка, я бы не знал, где её взять. В самом деле, они же не растут на деревьях.
Я даже жевать перестаю, от такого-то заявления. Незнайка херов.
— То есть откуда у нее наркота, тебе неинтересно? — усмехается Стейси. — Кстати, Майк, а откуда у нее пистолет? — вздернув бровь, спрашивает она.
Так я оказываюсь загнан в угол. Ясно, что она уже в курсе.
— Фрэнсис.
— Что-что? Прости, я не расслышала, — очень громко говорит она. Думаю, алкоголь ударил нам в голову, всё кажется каким-то гипертрофированным. Мои собственные слова кажутся сюром.
— Фрэнсис дал ей пистолет. Где он его взял, я не узнавал. Может, нашел под деревом.
— Ха-ха. Вот видишь, Грег, насколько его бывшие меня ненавидят. Обалдеть. Фрэнсис на это — это я предполагаю, — придумал бы какую-нибудь тупую отговорку. Например: «Я делал это ради искусства», — она помечает каждое слово в воздухе, и на мгновение кажется, что её любимая фраза вспыхивает перед глазами. Надо меньше пить.
— Взять того же Олли. В то время, пока я изображала его подружку, позируя перед дебилами из Татлера на его матчах, — она загибает пальцы, — на вечеринках, на идиотских прогулках, на концерте Кьюр, — тут она делает такие глаза, что сразу понятно: за одно это его можно прибить, — он только и делал, что ждал момента, чтобы нюхнуть, кольнуться или улизнуть в бани. Он укатил в Испанию — я попросила Хосе приглядеть за ним. И что сделал наш Олли? Соблазнил его бойфренда.
Она выдает дробь по столу. От услышанного мне плохеет.
— Ты что-то путаешь.
— Да ладно. Джим, я что-то путаю?
Но он молчит, и я хмыкаю. Где-то во мне еще есть силы выдержать эту новость, но почти все они уходят на то, чтобы зафиксировать мышцы лица. Вдруг открывается как будто второе дыхание: я так разочарован сразу всем, что не удивляюсь ничему, — а то, что меня не удивляет, по определению не может и расстроить.
— А что, Грег, может, и ты знал?.. А, даже так. Мило.
— Он в норме, — пытается успокоить Джим. — Встречается с Марком. Тейлор видела их на показе в Милане. Мы созванивались на прошлой неделе, думаю, Марк выбил из него эту дурь.
— Давно подозревал, что моим бывшим стоит начать встречаться между собой, — кисло говорю я. — Марк выбил дурь, а кто выбил дурь из Марка?..
— Ты ни в чем не виноват, — грубо обрывает Стейси. — И мы не виноваты в том, что решили тебе не говорить. Вы расстались — все честно. Он не хотел тебя приплетать.
— Кого волнуют желания наркомана? Ты спросила Кэндис, хочет она в рехаб или ей нравится ширяться? Вы, кстати, тоже больше не друзья, было бы честно, если б ты от неё отвалила.
Грег сжимает мою руку, намекая, что пора заткнуться. Но я только начал.
— Смешно, учитывая, что ты сам просил не сдавать ее копам.
— Потому что я, в отличие от тебя, помню, что она была твоим другом ещё с универа.
— Ты училась в универе? — спрашивает Джим. — Серьёзно? А я почему не… — он замолкает лишь после того, как я пинаю его под столом.
