Беглец в просторах Средней Азии полностью

В ту пору я готовился к поездке в северные области озера Балхаш, малоизученные, но весьма богатые. Достаточно упомянуть, что горный хребет Кан-Тау, простирающийся к западу от Балхаша, до сих пор на картах точно не обозначен. Кан-Тау означает Рудничные горы, и таковое название оправдывается изобилием в тех горах полезных ископаемых. Имеется тут следы древних выработок неизвестной эпохи. Ныне лишь немногие киргизы выплавляют из руд свинец для пуль, извлекают также и некоторое количество серебра.

Встречаются среди песков естественные залежи селитры, подобные тем, что в Чили, но селитра здесь калиевая, а не натриевая. Под рыхлым слоем поверхностного грунта имеется слой глины с прожилками нитрата калия. Таковые отложения не имеют ничего общего с теми, что часто встречаются в Туркестане на территории старинных городов и поселений. Во время Великой войны (Первой мировой – пер.) я принимал деятельное участие в разработке таковых. Есть подобные естественные отложения в других местностях Семиречья, например, близ поселения Белые Воды. Природные нитраты могут когда-нибудь стать предметом выгодного производства.

Немало есть богатств, каковыми щедрая Природа наделила Семиречье, вот, к примеру, «сапропелит» – ценный продукт, как бы специально уготовленный для благ человечества не только в течение последних веков, но и буквально на наших глазах. С виду он похож на озокерит, но отличается поведением в поляризованном свете; происхождение его органическое⁽¹⁰²⁾. При сухой перегонке сапропелит даёт керосин, бензин, парафин, церезин и производные бензола, в том числе до 40 % толуола, важного для парфюмерии и для военной промышленности (получения взрывчатого вещества тринитротолуола – пер.). Огромные количества сапропелита залегает под слоем песка вдоль берегов залива Ала-Куль, являющего частью озера Балхаш, но ещё большие запасы его лежат на дне его обширного мелководья. Сапропелит есть продукт превращения водоросли-макрофита Botryorchis brauni, в огромных количествах обитающей в Ала-Куле; встречается он и в многочисленных озёрах и внутренних морях России и Европы, но нигде его нет так много, как здесь. Битумные сланцы, что стали нынче важной составляющей европейской промышленности, есть не что иное, как отложения сапропелита древних геологических эпох. Мне известен лишь один случай применения сапропелита Ала-Куля: семиреченский казак по фамилии Плотников сумел изготовить из него смазку для колёс, но изобретателя расстреляли большевики как буржуя и «эксплуататора трудящихся масс».

Рискуя утомить читателя перечислением всех благ Семиречья, где провёл-то я не так уж много времени, должен я упомянуть ещё об одном естественном продукте, могущем сыграть важную роль в текстильной промышленности. Это растение турка или кендырь (Apocynum venetum)⁽¹⁰³⁾, встречающееся во многих речных долинах Туркестана, но особенно много его на нижних участках долин Чу и Амударьи. Это невысокий кустарник с красивыми узкими листьями и маленькими розовыми соцветиями. Его молодые побеги, будучи срезанными весной, дают яркоё белое волокно, из которого получается первоклассная ткань, совсем как шёлк. Осенью волокно приобретает коричневый оттенок и становится более грубым, но всё ещё ценным. В Хиве срезку делают по осени и волокно используют для верёвок и сетей, имеющих то важное свойство, что не гниют в воде и не портятся от сырости даже при длительно воздействии. Турка – растение дикорастущее, но которое было бы не сложно культивировать. Всё что требуется, это расчистить участок с подходящей почвой, удалить иные растения и сделать посадки. Предпочтительны неплодородные болотистые почвы, на которых ничто иное не растёт. Этот кустарник мог бы стать для Туркестана тем же, чем для Индии стал джут. Россия изобильна, но народ русский ленив. До сего времени страна слишком была занята мировыми социальными проблемами и нынче, разумеется, совершенно не способна культивировать не только источник сырья для текстильной промышленности, но и развивать что-либо вообще.

Берега озера Балхаш, камышовые заросли, болота и травянистая степь вокруг с островами кустарника изобилуют всеми видами живности, пернатой и облачённой в мех. В камышовнике фазанов тысячи, а летом водное пространство буквально забито гусями, лебедями, утками и прочей пернатой дичью. Множество кабанов также нашло приют в зарослях камыша, сами служа добычей для тигров, которых здесь также немало. Балхашский тигр знаменит своим густым мехом⁽¹⁰⁴⁾. На степных просторах пасутся стада газелей и сайгаков, и что примечательно, в зарослях кустарника среди холмов встречаются не только косули, но и олени, олени крупные, коих киргизы называют маралами. Конечно, это иной вид, нежели марал сибирский, подобный вапити (Cervus canadenis, v. maral, канадский олень – пер.). Олень русского и китайского Туркестана малоизучен, и я не сомневаюсь, что имеется несколько его разновидностей, науке неизвестных.