Чин показал на место, откуда донесся голос, и они начали вместе копать, откидывая камни и обломки породы. Но по мере того, как они разгребали завал, обломки сползали с другой стороны. Поднялась густая пыль и забила им ноздри.
— Пэ? — позвали они снова, на время прекратив разгребать и прижав головы к куче. — Подавай голос, чтобы мы нашли тебя, Пэ.
— Я здесь, — слабо отозвался Пэ. — Тут. Я не могу шевельнуться…
Чин передвинулся на другое место, ближе к центру, и возбужденно произнес:
— Мне кажется, он здесь!
— Ребра болят, я не могу дышать, — заскулил Пэ. — Вытащите меня отсюда!
— Мы поняли, где ты, Пэ, — сказал Чин, и они с Хёком принялись отбрасывать камни в другой части кузова. Они усердно работали, но обломки снова начали съезжать вниз.
Чин сел и посмотрел на Хёка:
— Давай подумаем. Я буду кидать камень тебе, Хёк, а ты бросай его дальше. Давай попробуем.
Хёк взглянул на гору обломков, возвышавшуюся в центре кузова, там, куда конвейер сбрасывал свой груз. Для того чтобы убрать куски породы с того места, где сидел Чин, им нужно было перемещать камни вверх или сдвинуть эту гору к задней части кузова каким-то другим образом.
— Я не понимаю, как мы сможем передвинуть все это назад, — медленно произнес Хёк, и лицо его исказилось от страха. — Может… может быть, попробуем сдвигать камни вбок.
— Хорошо, давай так, — ответил Чин, а потом крикнул вниз: — Эй, Пэ, мы тебя достанем!
Он взял два куска породы побольше и швырнул их в конец кузова. Один из них с грохотом ударился о задний борт. Хёк свирепо посмотрел на Чина и поднял палец к губам. Они замерли и прислушались. Через несколько секунд снова приступили к работе. Чин перемещал камни к Хёку, а тот старался сдвинуть их вбок. Работа была бесполезной, поскольку из-за движений Хёка то же количество камней съезжало обратно к Чину. Но они не оставляли попыток, и их лица почернели от пыли, смешавшейся с потом.
Грузовик остановился, и они сделали перерыв, чтобы отдохнуть и дождаться, когда машина снова поедет. Чин выглянул из-за борта и увидел, что они находятся на пересечении проселочных дорог. Других грузовиков поблизости не было, но в миле или около того виднелась вереница машин. Чин прищурился и разглядел дорожное заграждение и пару офицеров в шлемах. Он подал знак Хёку, тот подполз к борту и тоже выглянул.
Когда он снова спрятал голову, глаза его были выпучены от страха:
— Что нам делать?
— Достать его оттуда быстро.
Чин подполз к середине кузова и принялся яростно толкать камни в сторону Хёка, который старался сдвинуть их к борту.
— Эй, Пэ? — позвал Хёк. — Где ты, дружище? Говори что-нибудь… мы тебя вытащим.
— Я здесь, — послышалось из-под завала.
Чин придвинул Хёку еще партию, а он все передвигал камни в сторону, но обломки породы снова поползли вниз. Они не прекращали попыток еще несколько минут, но в конце концов Хёк остановился. Его плечи опустились от отчаяния. Отыскать Пэ у них не получалось, а контрольно-пропускной пункт неотвратимо приближался. Хёк посмотрел на камни, под толщей которых, возможно всего в каких-то двух-трех футах от них, был погребен Пэ, и его лицо исказилось от невыносимой мысли.
— Пэ, дружище! — с бешено бьющимся сердцем снова позвал он друга. — Там впереди обыскивают машины.
Пэ не ответил.
— Пэ, — опять заговорил Хёк. — Мы едем в этом грузовике по дороге, и впереди КПП.
— Откопайте меня… — простонал Пэ сдавленным голосом.
Чин и Хёк переглянулись.
— Мы стараемся, — ответил Чин. — Но нам не удается раскопать глубже… порода постоянно сползает обратно.
Пэ не ответил.
— Мы не успеваем откопать тебя, — произнес Хёк мрачно и хрипло. — Для тебя будет безопаснее остаться под камнями. Они тебя не увидят. Когда грузовик будет сбрасывать груз, ты сможешь выскочить. Но нас с Чином они увидят, поэтому мы должны выпрыгнуть уже сейчас.
— Возьмите меня! — взмолился Пэ. — Не оставляйте меня здесь, пожалуйста!
— Мы старались… — Голос Хёка оборвался от нахлынувших чувств. — Но мы не успеем вызволить тебя. — Он сел на колени, опустил голову к камням и распластал руки, словно хотел обнять друга через толщу камней. — Мне очень жаль, дружище.
— Мы все перепробовали, Пэ, — слабым голосом произнес Чин.
— Ребята, не надо… Возьмите меня с собой, пожалуйста… — Голос Пэ стал слабее.
Чин в отчаянии посмотрел на Хёка. Последние несколько месяцев они всё делали вместе. Он спал рядом с Пэ, ел вместе с ним, изо дня в день работал плечом к плечу. Они не могли оставить его там. Но и выкопать не успевали.
— Мне так жаль, Пэ, — бормотал Хёк. — Встретимся с тобой по другую сторону, хорошо?
Тишина.
Глаза Хёка блестели от слез, когда он рыскал взглядом по камням.
— Держись там, — тихо сказал он и посмотрел на Чина.
