Бури закончились и больше ничто не сдерживает заинтересованных от того, чтобы прийти в Тараскарию, а потому нужно очень быстро решать что делать и как быть. Силы не равны и остается только бежать, но куда и зачем, это уже отдельный вопрос. Бежать до тех пор, пока беглец не наберется достаточно сил, чтобы поменяться местами с гончими.
Знакомое течение несло её в заранее известное место, пока разорванная сущность постепенно сливалась воедино, медленно двигаясь в нескончаемом потоке силы. Она плыла в нем, ныряла в глубины пустоты и поднималась на поверхность без краев.
Она не в первый раз оказывалась здесь, бывали и другие случаи, и каждый раз все повторялось вновь и вновь одинаково.
Это были мысли, а не слова, ведь у души нет слов, есть лишь воля и чувства.
Чувства раздражения и гнева крутились внутри нее.
Она погибала раньше.
Неудача во время задания, стычка с сильными противниками, подстава или предательство слабовольных пешек, много чего случалось за годы её существования, но так жизнь еще никогда не заканчивалась.
Сначала её крыло отрезали какие-то жалкие новички и серьезно потрепали, затем старший охотник разрезал тело, но желанной смерти она не получила. Очнувшись в воде, когда должна была умереть, она с ужасом осознала, что обратилась в уродливое чудовище.
Это был ужасный позор. Узнай кто из коллег, и она никогда не смогла бы отмыться и бешенство внутри себя она направила на месть тем из-за кого она стала такой. Ей удалось помешать планам защитников города, но мерзкие ничтожества все же вычислили демоницу и убили.
Скоро ее душа вернется в Источник и будет изменена… в который раз? Ей предстоит быть разрушенной и собранной вновь. Что-то в ней исчезнет, что-то появится, все для того, чтобы новая могла служить делу лучше.
Суккуба лишь могла надеяться, что её ненависть останется с ней… Что ей оставят право на месть…
Наконец-то Тил начала чувствовать что-то странное. В Источнике всегда жарко, но сейчас отчего-то холодно…
В следующий миг она осознала себя вовсе не в Источники, а в каком-то ином месте похожем на него и…
— Кто это здесь?! — прогремел ужасающий голос, от которого истинный ужас пронзил сознание суккубы. Она подняла голову и если бы могла умереть от страха, то давно бы скончалась, так как над ней нависло огромное лицо.
Безгубый рот был растянут будто в вечной улыбке на толстом, заплывшем жиром лице, абсолютно белая кожа свисала на порванных щеках и слегка блестела в свете горящих кровавых глаз, а огромные загнутые рога, торчащие изо лба, напоминали собой жуткую корону…
Багровые глаза прищурились взглянув на Тил и огромная рука вырвала её маленькую душонку из потока.
— Что?! Дрянь от этой мерзкой Лилитрии в моем потоке?! — он заскрежетал заостренными зубами от злости и несчастная суккуба беспомощная в руках Владыки Демонов лишь дрожала от ужаса. — Ты… убила моего разведчика! Вижу! Присвоила мой экспериментальный мутаген и угодила в мой поток…
Пальцы начали сжиматься, и над их кончиками возник зыбкий провал в никуда. Воплощение Пустоты, почти не эффективное против материальных объектов, но для лишенных оболочки душ в потоке все совсем по-другому. Самое жестокое наказание провинившимся демонам: стирание.
И даже пусть в каждой новой ней мало чего оставалось от старых жизней, это все равно было в тысячи раз лучше чем полное небытие. Она не хотела исчезать! Не так!
Но Пустота все приближалось, и вот-вот готова была стереть её существование.
Пальцы остановились, и Владыка приблизил душу Тил к своему огромному лицу.
Она… она должна вернуться. Пусть даже Владычица не обрадуется её сотрудничеству с врагом… Госпожа Лилитрия милосердна, десятилетия или два боли, которым она подвергнет Тил — ничто по сравнению с Истинным Забвением!
— Ясно…
Владыка двинул рукой, будто смахивая пыль со стола…
И все для нее закончилось. Навсегда.
Открыв глаза, я некоторое время смотрел на потолок. Потолок оказался мне незнакомым, по крайней мере, этот мне еще видеть не приходилось, хотя я их не так уж и много просматривал. Почему-то с утра у меня всегда такое. Некоторое время просто лежу без мыслей и сознания и смотрю на потолок…
— Ум-м-м-м… — послышалось рядом и что-то теплое сильнее прижалось ко мне, а тонкие руки повисли на плече.
Секунд десять я тупил в космос, а затем мозг начал включаться.
