Шандор подскочил так, будто его снизу ткнули иглой. Он придавил гневным взглядом сначала меня, а затем и Рэзвана, на лице которого ни один мускул не дрогнул. А я только вскинула подбородок, чтобы скрыть, как дрожат губы. Никогда еще мне не приходилось отстаивать чужую жизнь. Я и со своей-то не всегда хорошо справлялась.
— Смотрите, как бы вам это не вышло боком, дорогая. Альдор сегодня есть, а завтра его нет. И тогда вам придется совсем плохо, уж поверьте. И мы еще увидим, кого и откуда выдворят.
Он оттолкнулся ладонями от стола, на который оперся, нависая надо мной всей своей не тщедушной фигурой, и быстро вышел. Я вздрогнула, когда дверь хлопнула так сильно, что, кажется, где-то в соседней комнате что-то упало.
— Думаете, он может еще что-то сделать? — повернулась к мажордому.
А тот только руками развел. Значит, может.
Маркуш проспал почти до самого вечера, вышел на прогулку вместе со мной в ельник, по которому я за несколько дней уже успела соскучиться. По этому свежему, чуть влажному воздуху, острому от запаха коры и хвои. По этой ровной тропинке, которая вела в самую глухую зеленую глушь. По тихому постукиванию колес кресла о плитку на ней.
— Топул де Аур выжал из меня все соки, — вздохнул Маркуш, словно прочитал мои мысли. — Как не любил приеми раньше, а теперь просто ненавижу.
Да уж, первый в жизни прием для него вряд ли можно назвать удачным. Даже несмотря на то, что там он познакомился с девушкой, которая ему все же понравилась. Мне даже удалось выведать по дороге, что с ней он уже обещался встретиться снова, как только для того представится удобный случай. Думается, это случится не раньше, чем все неурядицы дома де ла Фиер хоть немного утрясутся.
— Ничего, — я слегка наклонилась к нему. — Вот отдохнешь, а там приедет унбар Маноле и быстро заставит тебя взбодриться.
При упоминании мастера де ла Фиер только слабо усмехнулся. Вряд ли сейчас его заботили упражнения на мечах. Кажется, мысли каждого в Анделналте занимал Альдор и надвигающаяся война. Не до тренировок. Но я все же надеялась, что Эмил сумеет хоть немного вернуть Маркушу присутствие духа, которое он за время обратной дороги как будто растерял.
Признаться, рассчитывала, что и мне станет чуть легче. Что я тоже слегка встряхнусь после неполной, но все же потери Альдора, о котором, кажется, думала беспрестанно. В те моменты, когда не беспокоилась за Маркуша.
— Как только я немного приду в себя после этих разъездов, мы обязательно отправимся к твоим родителям. Выясним, что можно, о том, встречалась ли твоей матушке та, кого можно было бы счесть за странствующую Зарю. Хоть, думаю, эту встречу она так или иначе запомнила.
— Тогда почему не сказала мне? — я крепче сжала пальцы на ручках кресла.
— Вот об этом ты у нее и спросишь.
— Если она пожелает говорить. Если они вообще живы. Я не видела их столько лет...
Маркуш только вздохнул, и дальше мы прогуливались почти в полном молчании.
Вернулись только к самому ужину. Но в столовой, несмотря на общее приглашение, не оказалось Шандора. Его жена выглядела смущенной и напряженной, а сын все таким же угрюмым и молчаливым. Его взгляд стал как будто еще тяжелее. И хотелось узнать, что же он все же там себе думает? Даже Маркуш — его ровесник — с его-то заботами и здоровьем был гораздо более жизнерадостным и приветливым. Думается, его предубеждения насчет меня были весьма мрачными.
Поначалу тишину в столовой нарушал только звон приборов по тарелкам, шорох одежды и шаги прислуги, которая то и дело хлопотала вокруг. Я больше смотрела в темнеющее окно, чем в лицо Эрики, а она заметно пыталась поймать мой взгляд. И как только ей это удалось, она тут же страдальчески вздохнула, удерживая мое внимание.
— Дорогая… — начала весьма трагично, но после того, как я хмыкнула на это нарочито ласковое обращение, осеклась. Помолчала немного, всматриваясь в мое лицо, и продолжила: — Зря вы упрямитесь. Я и Шандор всем сердцем болеем за то, чтобы Маркушу было хорошо и жилось спокойно. А сейчас, когда вокруг творится такое.
— Знаете, — я положила вилку на салфетку рядом с тарелкой, — В том, что творится вокруг дома де ла Фиеров, я подозреваю не последнюю роль вашего мужа. И ваше желание заполучить опеку над Маркушем переходит все разумные границы. Что наводит меня на совсем уж скверные мысли.
— Это только результат того, что говорил вам о нас Альдор, — чуть повысила голос Эрика. — Вы не думали, что в том тоже может быть не так много правды, как кажется?
— Нет, не думаю. Потому что я не слепая. И то, что вы, едва Альдор оказался в беде, поспешили сюда мародерствовать, это только подтверждает все, что я о вас слышала от него.
Желание ужинать резко пропало. Я бросила салфетку на стол и быстрым шагом вышла из столовой. Только и успела услышать, как вздохнул Рэзван, который на сей раз вмешиваться в разговор не стал.
И словно мало было забот и переживаний, а наутро он перехватил меня еще до того, как я увиделась с кем-то из семейства де ла Фиер — той его части, с которой ни в каких родственных связях состоять вовсе не хотела.
