Что делать девушке, если ее преследуют и хотят сделать рабыней? Бежать и прятаться. В этом враждебном мире, где ты добыча, нужен нож и сильный мужчина. Оружие у меня есть. А в холодном космосе встретился и тот, от вида которого мое сердце стучит чаще. Мрачный капитан чужого корабля может оказаться тем, от кого я бежала. Я не хочу обзавестись хозяином. Да и он вовсе не готов к такой как я. Нам двоим придется поменять планы.
Ухватив мои волосы, мужчина намотал их на кулак и потянул голову наверх. Пришлось подняться на носочки, чтобы ослабить натяжение. И всё же я не смогла сдержать мучительный стон.
— Молчи, — приказал чужак.
— Мне больно, — жалко прошептала я и осеклась, напоровшись на злой взгляд лишенных зрачков глаз.
На широком, лишенном волос лице они смотрелись особенно жутко. Тонкие губы сложились в жёсткую ухмылку, словно мерзавцу нравилось видеть мои страдания. Хотя, отчего же "словно"? Он наслаждался своим положением.
- Хочешь, чтобы было не больно? — спросил он очевидное.
— Да, — с достаточной долей ужаса в голосе воскликнула я
— Обслужи!
Как примитивно, предсказуемо и глупо.
— Конечно, — с готовностью отозвалась и практически рухнула на колени, когда меня отпустили.
Здоровяк расстегнул молнию на костюме в районе паха. Удивить меня ему было явно нечем, но я вжала голову в плечи и всхлипнула для достоверности, демонстрируя страх и покорность. Это я умела делать мастерски.
Отчего каждый мужчина, встреченный мною в последнее время, так настойчиво пытался опустить меня на колени? Может, это судьба, и мне суждено встречать уродов?
Размышляя о несправедливости мироустройства, я извлекла из высокого голенища ботинка нож и без замаха всадила его в бедро моего несостоявшегося насильника, чтобы затем провернуть. Ублюдок инстинктивно наклонился, хватаясь за рану. Располосовать его глотку вышло просто, как на тренировке с галографом.
Откатившись в сторону, я прижалась спиной к перегородке отсека и наблюдала, как несчастный, забыв обо мне, зажимает развороченную шею. Она выглядела жутко. Может стоило отвернуться, но упускать из поля зрения источник опасности было глупо.
"Никогда не допускай ложного ощущения безопасности, пока твой противник не мёртв" — это правило я выучила слишком давно, чтобы допускать ошибку. Потому наблюдала, как мужик завалился набок. Как он хрипел, царапал пол острыми ногтями, как его руки ослабли и скатились на резиновое покрытие. Мне пришлось наблюдать как из разрезанных вен перестала выплёскиваться темная жидкость.
Спустя некоторое время он уже лежал в луже собственной почти черной крови. Жутковатые глаза смотрели прямо перед собой. По странному стечению обстоятельств, напротив сидела я и мертвый взгляд предназначался мне.
Было ли мне страшно? Несколько минут назад этот придурок был вторым живым существом на расстоянии нескольких световых лет вокруг. А теперь я снова одна. Кому я вру? Так было всегда. Даже в окружении толпы я оставалась одиночкой.
— Что за невезение? — проворчала с досадой, понимая, что мне придётся тащить тяжелую тушу в отсек для утилизации, а потом ещё и отмывать пол.
Отчего-то новый помощник решил, что теперь он главный на моем челноке, а я стану его игрушкой для утех. Наверно всё дело было в моей внешности — слишком миловидной. Сложно воспринимать всерьёз существо больше похожее на секс дроида.
Именно такой меня создали, заложив в генетический код участки, отвечающие за светлые волосы, голубые глаза и хрупкую фигуру. Мой функционал должен был заключаться в обслуживании персонала на космической базе. По крайней мере, официально значилась именно такая профессия у всех представителей Линии.
Ухватив труп за руку, я потащила его прочь из рубки. За ним тянулся тёмный след. Весь путь в несколько десятков метров занял у меня около часа. Гад оказался тяжёлым. Скинув его в шлюз, я легла на пол, чтобы отдышаться.
— Тяжело быть девушкой, — пробормотала я, едва слышно. Разговаривать с самой собой вошло в привычку. Это был единственный способ слышать живой голос и не сойти с ума от тишины.
