И снова подсознание, она же интуиция выручила меня. Я оставил в покое намертво заклиненный в башке рептилии меч и распластался на полу. Мешочек пролетел в миллиметрах надо мной и врезался в стол, за которым так любил сидеть и старый герцог Анри, и я в свою бытность герцогом, и Марианна, теперешняя владелица замка и всего герцогства. Из мешочка вылетело зеленоватое облако. Массивный стол из твердого черного дерева превратился в труху практически мгновенно и тут же осыпался немаленькой кучкой праха на пол.
Дольше терпеть выходки этого типа было нельзя. Еще немного и от любимого кабинета Марианны останутся только голые стены, что, несомненно, мне же и будет поставлено в вину.
Пока мерзавец созерцал последствия своей выходки, я просто прыгнул на него. Плевать мне было на его кинжал и всё то, что там у него еще было.
Несмотря на неожиданность моего прыжка, коротышка успел таки ткнуть меня кинжалом в горло, но это был его последний успех. Сбив его с ног, я навалился на извивающееся подо мной тело и замолотил усиленными магией кулаками. Каждый удар сокрушал его ребра, с треском проваливаясь внутрь и хлюпаньем возвращаясь для нового удара. Несмотря на всю его живучесть, когда очередной удар вдребезги разнес сердце, коротышка, наконец, перестал извиваться и замер.
Я поднялся на ноги и отключил защиту. Руки, ноги и тело бывшее до того приятного золотистого цвета снова приобрели привычный смугловатый оттенок.
Разом нахлынула такая усталость, словно я весь день таскал камни на своем горбу. На дрожащих, подгибающихся от усталости ногах я добрел до ближайшего кресла стоявшего ранее около стола, ныне пошедшего прахом и рухнул в него. Рассчитанное на габаритную Марианну кресло легко выдержало мое падение, даже не скрипнув. Вытянув ноги, я наслаждался покоем, разглядывая многочисленные порезы и пятна крови на рубашке и штанах и жалея, что до призывно сверкавшего бара следовало подняться и пройти не менее пяти шагов. А я сейчас не только шаг не мог сделать. Мне даже подумать о том, что нужно вылезать из кресла было жутко.
Сам я свой организм уговорить подняться был не в состоянии. Но как вскоре выяснилось, в моем организме имелись скрытые резервы и немаленькие. Вот только проявиться они смогли исключительно при наличии внешнего воздействия. Обнаружилось это просто. Дверь распахнулась и в кабинет вошли три женщины. Все трое были мне хорошо знакомы. И я даже услышал окончание фразы Сабрины превозносившей до небес мои скрытые доселе достоинства.
- ...скромный, исполнительный, заботливый! Ты просто не представляешь Марианна, насколько Марк стал другим челове...
Очутившись в кабинете, Сабрина резко замолчала. Что впрочем, было совсем не удивительно. Поскольку разозлившись на мерзавца тыкавшего в меня острым кинжалом я слегка потерял чувство меры и, проломив ему грудную клетку, одним ударом не ограничился. В результате руки у меня были даже не по локоть в крови, а по плечи. И на грудь изрядно набрызгало. И на лице запеклась кровавая маска... Видок был еще тот. Понятно было шоковое состояние девушек: только-только они оставили в самом безопасном месте замка своего мужа-раба, как тот успел вляпаться во что-то нехорошее.
Марианну же шокировало совсем другое. Я, вытянув ноги, нагло развалился в ее любимом кресле, а при ее появлении даже кивнуть не соизволил! Не заметил?! Впрочем, шок у Марианны быстро прошел. Глаза сузились, а ошейник многозначительно сократился в размерах, сдавив мою шею. Дышать было еще можно, но с трудом и намек был более чем ясен. Моя усталость прошла мигом. Я этаким колибри легко выпорхнул из кресла и торопливо согнулся в глубоком поклоне. Моя поза и моя подвижность ясно свидетельствовала о том, что я жив, здоров и помирать пока не собираюсь. Шок от увиденного у Сабрины и Лили сразу прошел, но взамен возникло непереносимо-острое любопытство: что же тут случилось?
Интересно было всем троим, поскольку они практически синхронно, хором воскликнули.
- Что случилось?
Обстоятельно ответить на заданный вопрос, согнувшись, было затруднительно, поэтому прямой угол моего поклона трансформировался в угол градусов эдак в сорок пять. Только я открыл рот, чтобы во всех подробностях живописать про злодейское нападение на меня, как Марианна обшаривавшая свой кабинет глазами, опередила меня.
- Ты что, разбил мою любимую кхитайскую вазу!? Ты разломал драгоценный шкаф из палисандрового дерева!? Ты в курсе, сколько он стоит!? А стол? Куда ты дел мой рабочий стол, мерзавец!?
Под тяжестью выдвинутых против меня обвинений мой поклон снова стал максимально глубоким, но отвечать я не торопился. Ждал, когда закончатся вопросы у возмущенной Марианны, чтобы ответить на все сразу.
- А зачем ты рубил фамильным клинком де Бофоров голову крокодайла? Ты что с ума сошел?
Марианна на некоторое время замолчала, созерцая занятную картинку. Голова крокодайла валявшаяся на полу, лишилась большей части клыков, а застрявший меч торчал из головы рептилии строго вертикально.