Девушка продолжила – Он не может что я могу и хотела дотронуться руки Хэйдана, он поднял глаза, и она увидела в его глазах ужас, девушка поменялась в лице. Хэйдан обдал всех присутствующих холодным взглядом, который бывает лишь у тех, кому больше нечего терять, он взглянул на девицу и грубо ей сказал – Уходи и кивнул головой.
Хэйдан рано потерял родителей, чума забрала всех, кто ему был дорог и кого он любил.
Знатный Лорд подобрал его и сделал конюхом, научил немного махать мечем. У этого лорда была дочь очень красивая которая как он думал, могла заполнить его грусть и пустоту, но её отец вскоре выдал замуж за знатного вельможу, и тот увёз её в далёкие земли Гринданвилля. С той поры Хэйдан понял, что ему никто не нужен, а любовь женщин он может получить и за пару тройку тэйнов. Странствуя по свету его мастерство владеть мечем, росло с каждой стычкой. В передряги он попадал частенько. Он искал смерть, а находил только мужество, отвагу.
Смерть его обходила стороной и давала возможность оттачивать мастерство. Вскоре на одном из турниров он познакомился с Нианом, и в нем Хэйдан увидел огонь. Он посчитал что только Ниан вернул его к жизни. Да может он и проиграл бы Ниану в том турнире, но взамен он получил куда больше. Ниан многому научил его, и вскоре уровень его фехтования заметно вырос и становился с каждым днём все лучше и лучше.
Мы с Фрейей вошли в таверну, что находился на окраине и располагался на первом этаже борделя. Что служил Тёплым станом для путников и тех, кто хотел позабавиться с девицами.
Вошли и осмотрели помещение в надежде увидеть на полу тела и разломанную мебель, а взамен все происходило типично. Визжали девки вино лилось рекой, ничего не предвещало беды.
Обратили внимание на большой силуэт сидящий в полумраке угла, подошли к нему.
Хэй сидел угрюмый, и вдумчивым. Подсев к нему.
Хэйдан заговорил – Хочу вам рассказать то что раньше не рассказывал, после прибавил тон продолжил – вы думаете вы знаете меня, нет вы ошибаетесь, глотнул из кружки вина продолжил.
– Меня начинали учить в семилетнем возрасте. Лорд Вудстотский из Чалус-Шароль после того как нашёл меня на базаре где я пытался стащить его кошель, он пожалел меня и не сдал гвардейцам, а обучал меня всяким мудростям в домашней обстановке. В четырнадцать лет меня отправляли ко двору сеньора.
– А почему он так поступил, спросила Фрейя, он посмотрел на неё.
– Мне дочь его понравилась и бросил взгляд на меня, я посмотрел на Фрейю. Потом он продолжил, – где я служил пажом. А после, с четырнадцати, до двадцать одного
года был оруженосцем при рыцаре. Обучался главным рыцарским добродетелям: владению копьём, фехтованию, соколиной охоте, верховой езде. Учили меня и придворному этикету, и куртуазной этике – умению обращаться с женщинами. Также давали и религиозное воспитание. Проходил обряд посвящения в рыцари, стал на должность командиром стражников. И с этого начиналась моя новая жизнь.
– Почему ты мне это не рассказывал, спросил я его.
– Думал мнение ко мне изменится.
Таверщик нас окрикнул – В Постоялый двор месье Герарда вы уже не попадёте.
Мы обернулись и посмотрели на хозяина таверне и по сторонам, мы в таверне уже были одни.
Хозяин добавил, – в углу есть солома, если вас господа, это устроит.
Мы переглянулись и кивнули в ответ.
***
Прохладное южное утро. На голубом небосводе розовеют облака, гонимые неприкаянным ветром. Откуда-то с полей доносится беззаботный рожок пастуха, который вёл стада овец на пастбища.
…Зевая и потягиваясь, я подошёл к окну, вид открывался на площадь. Было раннее утро. Рыцарский стан, бурлил и гудел, как кастрюля с супом, вот-вот начинающая закипать.
На умывальном столе стоял медный таз и кувшин с водой для умывания, я отвлекся от созерцания пробуждающегося лагеря и занялся своими собственными делами. Вскоре проснулась Фрейя.
– Доброе утро, сказал я ей вытираясь тряпицей, подошёл к ней и положил тряпицу ей на плечо, сказал:
– Там ещё осталась вода. Она посмотрела на меня, слегка улыбнулась, щурясь от солнечного луча.
После того как привели себя в порядок. Хэйдан ещё сопел и не собирался пробуждаться. Я пнул его сапогом и сказал.
– Ждём тебя на улице, и давай поторопись, соня. Он что-то неразборчиво прохрипел.
Мы вышли из заведения. Сделали несколько шагов и нам открылся обзор.
Неподалеку от шатров уже велись работы по сооружению будущего ристалища: там возводили изгородь, ставили ворота в противоположных концах арены, плотники сколачивали скамьи и ложи для дам и благородных господ, укрывая их широкими навесами, по устоявшейся уже традиции.
Прибыв в знакомый город, я занялся осмотром местной экзотики. Хэйдан уныло тащился следом, Фрейя шагала рядом.
Часа два мы ходили по улицам Эрлигаста, прячась от полуденной жары в тени домов. По большому счету, этот город ничем особенным не отличался от остальных городов, на которые мне довелось полюбоваться, все-таки было в нём что-то… не знаю, как это объяснить. Просто на сердце у меня вдруг стало легко и приятно. Мы вышли на площадь, располагавшуюся в центре города.
