– Это неприемлемо для моей мамы, – решительным жестом отверг предложение Андрей. – Мама говорит, что она не будет принимать участия в воспитании чужого ребенка, рожденного неизвестно кем и от кого. И, кстати, мне непонятно, что ты имеешь против ЭКО? Ведь это безболезненная процедура. Мама узнавала.
– И она, разумеется, сказала тебе, что только каждая третья женщина после этой процедуры беременеет? – спросила Анна, решив пройти этот скорбный путь до конца. – Но донашивают ребенка еще меньше. Родить получается только у каждой четвертой. Это не слухи, а официальные данные Российской ассоциации репродукции человека.
– И что с того? – с недоумением посмотрел на нее Андрей. – Это всего лишь статистика. Ты молодая здоровая женщина, у которой никогда не было абортов или венерических заболеваний. У тебя все будет хорошо, я уверен в этом.
– Я боюсь, Андрей, – опустив голову, призналась Анна. Она кусала губы, чтобы не расплакаться. – Если я забеременею и потеряю ребенка – этого я не переживу. Попробуй понять меня!
Андрей не нашелся, что ответить. Выговорившись, он снова превратился в того, кем был – мягкосердечного, почти безвольного человека. Они стояли посреди давно опустевшего перрона и молчали, отводя друг от друга глаза. Наконец Андрей, осторожно прикоснувшись к Анне, тихо сказал:
– Я боялся, что ты не вернешься.
Анна с удивлением посмотрела на него и спросила:
– Почему?
– Я думаю об этом каждый раз, когда ты уезжаешь, – пояснил почти виновато Андрей.
Он снова замолчал, не зная, что сказать еще.
– Пойдем домой, Андрей, – сказала Анна. – У нас еще будет время все обсудить.
И, грустно усмехнувшись, она добавила:
– До следующего приезда твоей мамы.
Выйдя из здания вокзала, они не увидели ни одного такси, и пошли пешком до ближайшей остановки. Моросил дождь, люди укрывались от него под зонтами, став невидимыми. Откуда-то доносились тихие звуки церковного колокола. Слезы текли из глаз Анны, а ему казалось, что ее лицо влажно от дождя.
В оформлении обложки использован рисунок с https://pixabay.com/ по лицензии CC0.
