Бегство к любви полностью

Прервав поцелуй, он снял с меня верх моей пижамы, стянул через голову. Нагнувшись ко мне, взял в рот мой сосок.

Моя голова, завалившись назад, глухо стукнулась о дверь.

Я принялась расстегивать на нем джинсы. Сунув руку ему в трусы, обхватила ладонью его затвердевшую распаленную плоть.

– Черт, Мия, – простонал он, двигаясь в моей руке.

И мы оба отдались безудержной лихорадочной страсти.

Мои штаны от пижамы и трусики сняты, и я опомниться не успела, как уже стою совершенно голая на крыльце отеля, а Джордан – все еще полностью одетый – оторвал меня от пола и овладел мной.

Я вскрикнула от его стремительного натиска. По телу мгновенно разлилось блаженство. Обвив его ногами за пояс, я впилась ногтями в его плечи.

Его это только подхлестнуло.

Он вонзался в меня уверенными мощными толчками. Его джинсы терлись о мое голое тело, причиняя боль, но мне было все равно. Главное – я чувствовала его близость. Все остальное не имело значения.

Мы занимались безумным, яростным, примиряющим сексом на улице, среди ночи… и от этого ощущения были в сотни, в тысячи раз острее.

– Ты моя, Мия, – пыхтел он, бедрами прижимая меня к двери, снова и снова с неистовостью погружаясь в меня. – Я никогда тебя не потеряю. Никогда.

– Ты меня не потеряешь, – задыхаясь, отвечала я, обескураженная и разгоряченная до предела. – Никогда.

Это было несколько часов назад. И теперь, проснувшись, я опять увидела, что лежу в постели Джордана одна.

Вздохнув, я спустила ноги с кровати и направилась в ванную.

Оделась, натянув на себя то, в чем была накануне вечером, ибо чистой одежды из своего номера я не захватила. В данный момент к серьезному разговору с Джорданом я не готова, потому решаю подняться к себе в номер, чтобы принять душ, почистить зубы и переодеться. Беру со стола ключи от своего номера и выхожу в коридор.

Дойдя до лестницы, слышу два мужских голоса. Один принадлежит Джордану, второй мне не знаком. Голоса раздаются из офиса на верхнем этаже.

Размышляю, как мне быть.

Врываться в офис, мешать серьезному разговору, я не хочу. Пожалуй, выйду через заднюю дверь, обойду отель с улицы, войду через главный вход и пройду в свой номер, решаю я.

Я разворачиваюсь, но останавливаюсь, услышав свое имя. Обо мне говорит не Джордан. Его собеседник.

Любопытство возобладало. Я тихо поднимаюсь по лестнице. Голоса звучат четче.

– …не могу поверить, Джордан.

Он вздыхает.

– Знаю, папа. Я облажался.

Значит, приехал его отец? Я улыбаюсь при мысли о том, что скоро познакомлюсь с его отцом. Джордан продолжает оправдываться, и его следующие слова стирают улыбку с моего лица.

– Я собирался ей сказать, но… не решился. Не знал, с чего начать.

– С правды, Джордан. Начинать нужно с правды. Зря я не вернулся домой в тот же день, как мы с тобой поговорили. Сегодня приехал, потому что ты не отвечал на мои звонки. Так и знал: что-то здесь не так. – Вздох. – Подумал, что, может быть, вы с Мией поссорились из-за этого… Просто не хотелось верить, что ты ей ничего не сказал, – не этому я тебя учил. Я знаю, что Мия тебе очень дорога, но ты не можешь скрывать от нее правду, продолжая общаться с ней как ни в чем не бывало. Это неправильно. Что, по-твоему, она почувствует, когда выяснится, что ты знал правду о ее матери и ничего ей не сказал?

Сердце замирает в груди, живот от боли скрутило в узел. Меня тошнит. Я стискиваю руку в кулак, ногтями вонзаясь в ладонь.

– Черт… – Голос Джордана полнится болью. – Я окончательно все испортил. Боялся, что она меня не простит… теперь уже точно не простит никогда. Она знала… знала, что что-то не так, а я все твердил ей, что причин для беспокойства нет.

– Хочешь, вместе ей скажем?