Джек повернулся к ней и присвистнул.
— Он и так все знает. Он здесь, за углом. — И Джек ткнул пальцем в направлении дома. А оттуда уже слышались шаги. Делла почувствовала его приближение, в то время как Лотти просто посмотрела туда, куда указал Джек.
«Да, это Макс, — рассеянно подумала Делла, — не видение, а реальность».
Лотти посмотрела на одного, потом на другого и вспомнила слова Джека, что Макс знает о его желании жениться на Делле, если та даст согласие. Значит, Макс не против. Он здесь для того, чтобы официально удалиться из жизни Деллы!..
— Молодой человек! — Лотти кокетливо повела бровью в сторону Джека. — Будьте добры, принесите мне стакан воды и стул. Макс, я должна поговорить с Деллой наедине.
— О чем? — поинтересовался начинающий политик. — О вашем здоровье?
Это было как раз то, к чему вела Лотти.
— Милая, мне очень неприятно начинать подобный разговор, увидев, как ты счастлива. Но моя просьба не займет много времени. Ты мне нужна дома, чтобы присматривать за этими сиделками и горничными. Я продала наш большой дом и купила очаровательный коттедж. Ты нужна мне. Пойми, дорогая, у меня было сильное потрясение. Эрл жив!
Делла вздрогнула, и это воспринялось как удивление.
— Разве это не должно тебя обрадовать? — строго спросила она Лотти.
— Нет. Его бедный разум помрачился. Его я тоже забираю домой. Ты ведь любишь Эрла, даже если думаешь, что не любишь меня.
— Где он? — требовательно спросила Делла.
— Точно не знаю. Но я хорошо заплатила, чтобы его разыскали. У нас так мало времени. Дорогая, ты представить себе не можешь, что я перенесла. Сначала Эрл, потом Лора и, наконец, ты.
Эту фразу Лотти хорошо отрепетировала в комнатах пустынного старого дома. Она выучила наизусть каждый жест, каждую интонацию. Она прекратила игру и наблюдала за людьми возле нее. Но что-то было не так. Делла не сочувствовала ей. Эта пигалица не растерялась, не стала покорной и не поддалась превосходящему уму старшей сестры. Вместо благодарности…
— О, прекрати! — резко оборвала ее Делла. — Пойдем в дом, я дам тебе бумагу, карандаш, пепельницу и спички. Запиши все, что ты думаешь на самом деле, затем прочти. Тебе сразу захочется сжечь записи. Я знаю все про твои выдуманные болезни. Ты отлично себя чувствуешь, но притворялась больной, чтобы вернуть нас к себе. Мы не вернемся. Ни один из нас. Не вернемся до тех пор, пока ты не станешь честна сама с собой. Ты непорядочная женщина, Лотти. И знаешь это, иначе тебе не пришлось бы повторяться в своих действиях. Ты отлично выучила в детстве, что очаровательная малышка всегда выигрывает призы. Ты до сих пор внешне хорошая маленькая девочка, которая плетет интриги, чтобы добиться своего под личиной лжепорядочности.
— Делла!
— Я бы хотела тебя любить, Лотти, но не могу. Так много людей пострадало от твоего зла. — Затем Делла задумчиво добавила: — Я могу любить тебя такой, какой бы ты могла быть, если бы захотела.
Лотти мало слышала из того, что говорила Делла. Она выделила только важные для себя фразы. И ее нетерпению не было предела.
— Ты сказала, что никто из вас не собирается возвращаться домой. Я знаю, что ты написала Лоре и получила от нее ответ. А Эрл? Ты знаешь что-нибудь о нем?
В разговор вступил Макс:
— Он здесь, Лотти. И хочет с тобой поговорить.
Лотти шагнула к Делле:
— Вот почему ты приехала сюда! Тебе захотелось быть рядом с моим мужем. Ты заставила меня так долго страдать, и все это время…
— Она не знала. — Джек вернулся со стулом и стаканом воды. Он не знал, что Лотти уже ничего не было нужно. — Они оба чуть не разбежались в разные стороны, когда узнали, что живут на одном и том же холме.
А теперь, миссис Кросс, если вы пойдете со мной, я провожу вас наверх к его домику, и вы сможете побеседовать с глазу на глаз.
— А потом, — Макс глубоко вздохнул, — я отвезу вас домой.
На стул, принесенный для Лотти, села Делла и с жадностью осушила не предназначенный ей стакан воды.
— Макс, что побудило меня сказать сестре такие ужасные вещи?
— Ты жалеешь об этом?
— Нет. Действительно нет. Если бы в детстве с ней кто-то поговорил подобным образом, если бы отец имел время задуматься над тем, что он с ней делает, да и с другими тоже, ни она, ни все мы не страдали бы сейчас. Так что, можно сказать, я даже рада, что так поступила.
— Почему, Делла? Но сначала давай уйдем с солнца.
Она привела его в свой домик. Макс огляделся и улыбнулся.
— Мне нравится здесь, — сказал он. Затем сел в шезлонг, слушая, как Делла пытается объяснить свою активность.
— Когда в жизни все в порядке, то у наших мозгов и мускулов нет возможности развиваться. — Она улыбнулась. — Практически, мои мозги были спрессованы, и, боже мой, как они болели, когда я тренировала их! Послушай, Макс, ведь я стала бы потенциальной Лотти, не случись все это со мной.