Майкл Муркок
Бегство от заката
На Луне все было белым-бело. Бесконечные нагромождения глыб и конусов, как на древних картинах кубистов, только черно-белых, сверкали в лучах Солнца, хотя оно уже почти умерло - краснеющий неясный диск на темном небосводе.
В своей искусственной пещере, заваленной кучей ненужных синтетических вещей, не связанных с мифами, не прибавлявших настроения, Пепин Горбатый склонился над книгой, и слезы из глаз его падали на пластмассовые страницы, оставаясь на них блестящими точками.
Насосы, трубы, подрагивающие колеса, что находились в его стеклянной пещере, согревали его одного. Этот согбенный человек был полон жизни и чувств. Он обладал живым и чутким воображением, и каждое слово в книге будило в нем мечты и тоску. Его узкое лицо, крайнюю бледность которого оживляли блестящие черные глаза, было напряжено. Руки двигались неуклюже, переворачивая страницы. Он был, как и все его собратья на Луне, в металлическом одеянии, которое вместе со шлемом, представлявшим собой продолжение кольчуги, защищало его жизнь от невероятного - угрозы крушения Системы.
Система была лунной имитацией жизни. Она была подражанием той, что существовала на старой Земле, которая теперь находилась далеко, едва видимая в пространстве. Она подражала ей растениями и животными и набором химических элементов, поскольку Система была искусственной экологией Луны. Луна представляла собой вполне приличную по размерам планету, причем уже много столетий - с тех пор как перестала быть спутником Земли, переместилась в зону астероидов и многие из них под действием ее притяжения слились с нею.
Пепин не любил Систему за все. Он являл собой здесь атавизм, не соответствуя ни настоящему Времени, ни Пространству. Он не жил жизнью Системы, иначе уже давно бы умер. А жил он своим воображением, печалями и ожиданиями, черпая все это из нескольких старых книг.
Он перечитывал знакомые страницы и вновь осознавал, что разум одержал триумф над духом, а оба вместе - над чувствами. Люди Луны так же скучны, как и их планета.
Пепин много знал о Земле из рассказов местного торгового люда. Он знал, что она меняется и теперь вовсе не такая, как в его книгах, написанных в давние времена. Но он мечтал посетить Землю и своими глазами найти следы того, что ему было нужно - хотя он только тогда понял бы, что ему нужно на самом деле.
Уже известно было, когда он планирует посещение Земли, и луняне не возражали против этого - при условии, что он не вернется оттуда - настолько он не подходил им. Его имя настоящее, П-Карр - стояло в списке кандидатур одним из первых. Скоро и до него дойдет очередь лететь.
Подумав о полете, он решил пойти заглянуть в список. Он делал это нечасто, потому что в силу своего атавизма был суеверен и свято верил, что, чем чаще он будет заглядывать в список, тем меньше у него будет шансов продвинуться к его началу.
Пепин резко встал и громко захлопнул книгу. Он вообще был крайне шумным для тихого мира этой планеты.
Сильно прихрамывая, он направился к выходу. Снял со стены шлем и закрепил его на плечах. Система дверей выпустила его наружу, и он направился по заваленному блестящими острыми камнями грунту к городу. Он сам - и к радости жителей - выбрал себе жилье в стороне от города.
На поверхность выходила лишь ее малая часть. Так, этаж или два, кое-где три. И все, что выходило на поверхность, было прямоугольным и прозрачным, чтобы улавливать как можно больше энергии затухающего Солнца.
Перед Пепином открылась дверная система одного из зданий, и он прошел внутрь, даже не заметив, что покинул поверхность. Миновал сужающуюся трубу, ступил на круглую платформу, и она стала падать вниз, замедлив скорость перед самой остановкой.
Здесь было искусственное освещение, металлические стены без всяких украшений, обычные трубы диаметром в два роста высокого лунянина. Пепин не был типичным представителем лунного племени.
Он поковылял по трубе дальше и вскоре ступил на движущийся пол, который понес его по подземному лабиринту города, пока не доставил в нужный ему зал.
Там в этот момент никого не было. Зал имел сводчатый потолок, он был увешан экранами, объявлениями, картами, таблицами, все это сообщало жителям любую информацию, которая им была необходима в повседневной жизни. Пепин подошел к списку и стал крутить головой, отыскивая свое имя. Начал с самого низа.
Его имя оказалось самым верхним. Значит, надо немедленно пойти к диспетчеру и подтвердить заявку на полет. Если этого не сделать, имя опустится в конец списка - таковы правила.
Повернувшись, чтобы выйти из зала, он встретился с другим лунянином. Шлем у того был сдвинут с головы и держался на наплечных пластинах. У него были длинные золотистые волосы, на худощавом лице появилась улыбка.
Это был Г-Нак, самый известный коммерческий пилот, ему не надо было заглядывать в список, за ним был закреплен свой постоянный корабль. Население Луны было небольшим, и Г-Нак знал Пепина, как и остальных жителей.
Он остановился и подбоченясь посмотрел на список.
