Эта была секретарь Стаковского, молодая, веселая, симпатичная и весьма образованная девушка. Она была дочерью одного из сотрудников и поэтому могла похвастаться своей личной свободой. Она еще не была замужем, и ей нравилось работать на своего чересчур серьезного, как она считала, босса. Стаковский ценил ее за хорошую работу и беззаботный, совершенно не напрягающий его, нрав. Даже когда он был не в духе, она всегда умела найти к нему подход, вовремя что-то сказать или принести, замолчать или удалиться. Вот и сейчас, недолго подумав, она взяла лист бумаги и аккуратным подчерком написала: «Демир хочет сообщить Вам, что-то очень важное». Слово «Важное» она подчеркнула двумя твердыми жирными линиями. Затем сложила это все с кучей корреспонденции и отчетов, положила на поднос с чайником, двумя чашками и, подойдя к двери, постучалась:
— Прошу прощения господин Стаковский, — ответила она на его вопросительный взгляд, — пришли отчеты, и я принесла чай. — Рита поставила поднос на стол и, протянув кипу бумаг боссу, стала, как ни в чем не бывало, разливать чай, мило улыбаясь гостю Стаковского.
Он взял бумаги, прочел сообщение и, извинившись за прерванный разговор, вышел из кабинета.
Когда Демир увидел перед собой Стаковского, первые две минуты он не мог вымолвить не слова, потом, набравшись храбрости, едва слышно произнес:
— Она сбежала.
Давид сжал кулаки так, что побелели костяшки пальцев. Он втянул воздух через нос, крепко сжав челюсть.
— Приготовь машину, — приказал он коротко, — и вызывай всех ребят. Пусть отцепят район. Я скоро буду.
Он развернулся и направился обратно в кабинет.
Через несколько минут машина Стаковского неслась в сторону клуба.
Когда он вышел из автомобиля, на крыльце его встречала маленькая, худая, миловидная старушка лет семидесяти, в окружении своих немногих работников. Это была владелица по имени Роза. Когда-то в молодости она была любимой женой в гареме достаточно состоятельного человека, она родила ему пятерых сыновей, двое из которых сейчас работали на Стаковского. Розе так же принадлежал дом, который когда-то подарил ей ее умерший супруг, и теперь тоскуя по гаремной жизни, она открыла в нем клуб. Роза, хорошо знавшая отца Стаковского и не раз встречавшая Давида в гостях у Мусы, была отлично осведомлена о его властном характере и хищной сущности, а так же что он способен на жуткие поступки, если его разозлить. Поэтому, увидев его горящие яростью глаза, она поджала губы и встала перед дверью, загородив проход.
— Я прошу Вас господин Стаковский…. — Она не договорила. Давид подошел к ней так быстро и стремительно, что она, испугавшись, что он просто сметет ее в сторону, отступила назад.
Он шагнул внутрь, за ним последовала его охрана. Стаковский практически взлетел по ступеням на второй этаж и, открыв дверь, вошел в гостиную с розовыми обоями. Девушек уже не было, поскольку Роза предусмотрительно отправила их по домам. В комнате оставались только люди, охранявшие Адару во главе с Олегом, Наталья, какой-то полуголый мальчик и обслуга дома, которая толпилась возле другого входа.
При появлении Стаковского все замерли и уставились на него.
Он обвел собравшихся своими желтыми звериными глазами. Наткнувшись взглядом на Олега, он медленно, словно готовясь к прыжку, подошел к нему.
Демир следовал за ним.
Стаковский остановился и приподнял руку ладонь вверх.
— Пистолет. — Потребовал он.
Телохранитель, стоявший за его спиной, достал свое оружие и трясущимися руками положил его на ладонь Стаковского. Тот взведя курок, приставил пистолет к голове охранника. Раздался выстрел, и куски мозга и крови оказались на веселой розовой стене.
Олег упал.
Поднявшаяся к этому моменту Роза, застыла, а толпа прислуги, находившаяся возле двери, взвизгнула и, сжавшись в один ком, теснилась к выходу.
Стаковский развернулся и посмотрел на Наталью, буквально прилипшую к другой стене. Она стала абсолютно белой, а полуголый мальчик, старавшийся держаться возле нее, скукожился от страха. Стаковский подошел к ней так близко, что она могла рассмотреть пылающие гневом удивительные желто-медовые глаза. Он молчал. Вдруг, он размахнулся и с силой ударил Наталью по щеке тыльной стороной ладони, так что она головой ударилась об стену, а ее кожа мгновенно сделалась красной от удара. Она пошатнулась и стала сползать на пол.
Стаковский сделал знак охране. Они подбежали и взяли ее под руки, не давая ей упасть.
— Отвезите ее Мусе. — Приказал он.
Следующим был мальчик, которому на вид было лет двенадцать не более. Он был в одних трусах и трясся от нервного холода и страха.
— Что случилось? — Грозно спросил Стаковский.
— Я не виноват, не виноват…. — Оправдывался мальчик.
— Я спросил, что случилось?
Стаковский схватил его за тоненькую шейку и встряхнул.
Тот тут же поняв, что от него хотят, начал бессвязно лепетать о происшедшем.
— Я просто шел по коридору с подносом…… я нес шоколад,…… она меня ударила по голове, а потом заткнула рот тряпкой и затащила меня в туалет. Я не мог позвать на помощь. Она забрала мою одежду и связала меня.
