Адара только криво и устало улыбнулась в ответ.
После душа и обеда, состоявшего из салата с какими-то зелеными листьями, грибного супа, тушеного мяса с овощами и компота, все отправились спать. Адара с трудом, чувствуя, как у нее ноет все тело, вскарабкалась по веревке на самый верх и, укутавшись в теплое одеяло, тут же провалилась в сон.
Следующие три дня прошли для Адары, как один день. Она втянулась в подземную жизнь и с удовольствием дежурила на кухне, помогала в уборке, принимала участие в тренировках, все более оттачивая свои боевые навыки. На четвертый день ее назначили одной из десяти патрулирующих правый тоннель женщин. В придачу к уже имеющемуся у нее оружию, ей выдали автомат, ручной фонарик и большую темно-зеленую сумку на длинном ремне, в которой лежали теплое одеяло, еда и термос с чаем. В кордоне предстояло стоять целые сутки.
Придя на место девушки, заверувшись в одеяла, расположились на мешках возле стен и оборонительного вала. На поверхности наступала ночь, и в тоннелях гулял прохладный ветер. Свет зажигать было нельзя, поэтому, находясь в полной темноте, они едва слышно, прислушиваясь к каждому шороху, неспешно беседовали.
— Если бы мне в детстве сказали, что я буду жить под землей, я бы ни за что не поверила. — Говорила темноволосая невысокая женщина лет сорока пяти.
Во мраке кто-то усмехнулся и произнес:
— Кто ж знал, что так обернется. Но согласись, это лучше, чем прозябать в борделе.
— Почему обязательно в борделе? Можно не кисло жить в гареме. — Предложил другой голос.
Снова послышался смешок.
— Что ж ты сама там не живешь? Насколько помню, у тебя Ляйсан были весьма реальные перспективы.
Совсем молодая девушка лет двадцати трех с черными длинными, как помнила Адара, волосами, тихонько рассмеялась и произнесла:
— Ну да, были. Только на шестерых делиться не хотелось.
— Как это? — Спросил кто-то.
— Как, как, — ответил за Ляйсан голос, который напомнил о ее перспективах. — Ее Гасан продал владельцу фабрики, а у него пять сыновей.
Все негромко рассмеялись, а Адара подумала о том, как тесен Центр для красивых женщин, что все они проходят через одни и те же руки, попадая в одни и те же места.
— И как ты сбежала? — Поинтересовался чей-то голос.
— Очень просто. — Сказала, явно усмехавшаяся во мраке, Ляйсан. — Открыла дверь, вышла на улицу и ушла.
— И они тебя не поймали?
— Неа. Они и заметили-то, я думаю, не сразу. Да, и такая армия хорошо вооруженных людей есть только у Стаковского.
Адара нутром почувствовала, что сейчас разговор переключится на нее, и не ошиблась.
— Это правда, что ты сбежала от Стаковского, Адара?
Говорившего не было видно, но она поняла, что это была темноволосая.
— Да. — Подтвердила Адара.
— Но как? Тебя охраняли? Почему? — Послышалось сразу несколько вопросов.
Она не знала, что ответить. Вместо нее заговорил тот голос, который отвечал за Ляйсан.
— Говорят, он очень жестокий. И в раздражении может запросто убить человека.
— Это правда? Он бил тебя? — Задала вопрос темноволосая.
— Нет. — Едва слышно произнесла Адара и вспомнила, что он не только не делал даже попыток ударить ее, но старался сдерживать свою безумную страсть, находясь рядом с ней. Что он при этом чувствовал, она никогда не задумывалась. Адара словно увидела перед собой его медовые глаза и ощутила нежные прикосновения его теплых рук. Впервые она подумала о нем, как о человеке, а не убийце своей матери.
— Тогда для чего? — Непонимающе вопрошала Ляйсан.
— Не хочу быть вещью. — Сурово ответила Адара, но почувствовала, что это всего лишь глупая, пустая, совершенно не убедительная отговорка, которая, однако, удовлетворила сидящих рядом с ней воинственных амазонок, поскольку послышался тихий одобрительный гул голосов.
— А правда, что он заплатил за тебя баснословные деньги? — Спросил кто-то.
Все замолчали.
— Да.
— Сколько?
Адара сквозь непроглядную темноту почувствовала устремленные на нее взгляды. Все затаили дыхание, ожидая ответа, который, похоже, они и так уже отлично знали.
— Десять миллионов, золотом. — Произнесла она, и тоннель взорвался голосами изумленных и восхищенных женщин.
Они обсуждали Адару и часть ее жизни, так словно она была где-то далеко, а не сидела рядом с ними в одном кордоне.
Когда они, наконец, угомонились, темноволосая тихо заговорила.
— Не знаю, что ему от тебя надо, но берегись его. Он, как и его отец жестокий, властный и вряд ли оставит тебя в покое, учитывая, сколько он за тебя заплатил. Он всегда был таким, с малых лет, и я сильно сомневаюсь, что он изменится.
— Откуда ты знаешь? — Спросила Адара.
— Помнишь Ольгу Петровну? Единственная пожилая женщина у нас.
— Да.
— Она была в гареме у его отца и являлась ближайшей подругой его матери. Она видела, как рос мальчик. Расспроси ее. — Посоветовала темноволосая.
В этот момент со стороны охраняемой платформы раздались крики, выстрелы, а затем послышалась автоматная очередь. Женщины мгновенно вскочили на ноги.
— Черт! Там что-то происходит. Бежим. — Проговорила Ляйсан, голосом дрожащим от нервного возбуждения.
