Бегущая за луной полностью

Далси думала, что это просто символический шаг. Что Логан хочет во всеуслышание объявить о своей любви к ней. Моя дочь не знала, что Коффи не выходят из дома по ночам, потому что их кожа светится в темноте. Как и все остальные, она была уверена, что таким образом Коффи хотят подчеркнуть свой аристократизм и отмежеваться от среднего класса. На самом деле я помню то время, когда другие влиятельные и богатые семьи тоже не выходили на улицу по ночам, подражая Коффи.

— То есть она его не обманывала? — уточнила Эмили.

— Уж если на то пошло, это он ее обманул. Далси ничего не знала, она была поражена, как и все остальные. После того, что случилось, Логан подошел к ней, но она не хотела с ним разговаривать. Я не знаю, изначально ли он собирался покончить с собой после того, как раскроет семейный секрет всему городу, или он пожалел о сделанном уже после. Возможно, все усугубилось и тем, что Далси его оттолкнула. Об этом известно только его семье. Я точно знаю, что он хотел открыться. Хотел, чтобы люди знали.

Эмили сразу подумала о параллелях с Уином. Очевидно, что в их семье было немало случаев, когда они пытались добиться того, чтобы их принимали как есть. Возможно, это продолжается уже не одно поколение.

Лицо Моргана пошло красными пятнами.

— Тебе никто не поверит. Никто не поверит, что Далси была невинной овечкой. Я всегда утверждал и буду утверждать, что она могла его остановить. Она могла сделать так, чтобы он не вышел в ту ночь на сцену. Могла удержать его от самоубийства. Он любил ее. Он подарил ей нашу фамильную вещь. — Морган указал на браслет на руке Эмили. Эмили безотчетно прикрыла браслет ладонью. — Наша мама дала ему этот браслет, чтобы он подарил его женщине, которая станет его женой. Как наш папа отдал его своей жене в день их свадьбы. То, что Логан отдал его Далси, должно что-то значить. Но если бы мой брат полюбил не такую эгоистичную девушку, если бы он полюбил кого-то, кто способен сочувствовать, возможно, сейчас он был бы жив. И наша тайна так и осталась бы тайной. Как и должно было быть.

— Теперь Эмили знает правду, — спокойно подвел черту Ванс. — Для меня это главное. Я не собираюсь рассказывать об этом кому-то еще.

Эмили не понимала, почему для Моргана так важно, чтобы люди думали, что его брата заморочили и обманули. Может быть, так ему было легче справляться со смертью Логана. Или его семье просто не хочется, чтобы все в городе знали, что Логан был неуравновешенным человеком, который ловко манипулировал другими. В этом случае жители города отнеслись бы к нему с сочувствием: и к нему самому, и к «проклятию» рода Коффи, к их сиянию. Собственно, так и случилось. Эмили вдруг поняла, что ее мама об этом знала. И взяла всю вину на себя. Это был ее первый шаг к новой жизни. К тому, чтобы стать совершенно другим человеком.

— Я тоже никому не скажу, — тихо произнесла Эмили.

Морган повернулся к сыну.

— Я подумаю, — сказал Уин.

— Подумаешь дома. Ты наказан.

Морган развернулся и зашагал к выходу. Встал на пороге, держа дверь для Уина. Но тот подошел к Вансу.

— Когда мое наказание закончится, я бы хотел, с вашего разрешения, пригласить на свидание вашу внучку. — Он протянул Вансу руку.

— Уин! — воскликнул Морган.

Ванс, похоже, был удивлен не меньше Моргана. И все же он пожал руку Уина.

— Уин! Сейчас же!

Но перед тем как уйти, молодой человек посмотрел на Эмили, которая так и стояла на лестнице.

— Скоро увидимся?

Она кивнула. Он ободряюще улыбнулся, развернулся и вышел.

Морган на прощание хлопнул сетчатой дверью.

Ванс и Эмили на мгновение застыли, глядя на дверь. Потом Эмили повернулась к деду.

— Почему ты мне сразу все не рассказал?

— Она просила меня никому ничего не рассказывать, и я дал ей слово. — Дедушка Ванс подошел к лестнице и тяжело опустился на ступеньки. Он был таким высоким, что даже сидя был выше Эмили, стоявшей на ногах. — У Лили была двоюродная сестра. Она жила в Сан-Диего. Я договорился, что Далси какое-то время поживет у нее. И там же закончит школу. Я выдал Далси немалую сумму денег, и она уехала за день до похорон Логана. Она пыталась как-то устроиться, но, думаю, после всего, что случилось, никак не могла найти себе место. Через пару месяцев она бросила школу. А еще через месяц сбежала. Несколько лет от нее приходили открытки. А потом — ничего.

— Почему ты ее не искал? — спросила Эмили.

Ванс пожал плечами.

— Потому что я знал: она не хотела, чтобы ее искали. Далси знала: если она обратится ко мне, я дам ей все. Но ей уже этого не хотелось. Она хотела начать все сначала, прожить достойную жизнь. А для этого надо было оставить все в прошлом. Коффи, Мэллаби… меня.

— Она могла бы вернуться и сказать правду! — воскликнула Эмили. — И всем бы стало понятно, какой она стала. И ей простили бы прошлые прегрешения.