- Милочка моя! - закричала она, проходя мимо растопырившего руки Жоржика, чтобы обнять Вальтро. - Ты хорошеешь, день ото дня! - От нее исходили мощные волны "Шанели ┼ 5", она обернулась к Жоржику. - Засранец! Ты мог бы прикрыть свои яйца, ожидая моего приезда! - Она снова стиснула Вальтро и без усилий оторвала ее от земли. Жоржик, роняя очки с кончика носа, начал путаться в бермудах, Грета высунулась из дому и, понюхав воздух, радостно затрусила через двор. - Деточка моя! - завопила Нелли, отпуская Вальтро и начиная рыться в кожаном мешке, на который пошли шкуры, по меньшей мере, трех аллигаторов. - Гостинчик, радость моя! - Она сунула в нос княгине такой же точно стейк, какой предлагала ей Вальтро, и княгиня не посмела отказать.
- Шампанского! - категорически сказала Нелли, сдирая с себя насквозь мокрое платье и насквозь мокрое белье. - Пока я буду купаться! - И на несколько секунд сладострастно замерла на бортике бассейна с разведенными в стороны могучими конечностями. Это было зрелище, от которого не смог бы отказаться и сам Рубенс. Затем она обрушилась в воду, фонтан брызг ударил в навес, Грета и Жоржик с визгом отскочили в сторону.
- Спасибо, прелесть моя, - сказала Нелли, выкладывая трицепсы на бортики бассейна и принимая от Вальтро бокал ледяного шампанского. Она покачивалась на спине, ее груди торчали вверх, подобно головам двух лысых евреев в розовых камилавках, заросли ее лобка шевелились в воде, как волосы утонувшей русалки.
- Слово чести, - сказал Жоржик, заглядывая в бассейн, - если бы ты весила меньше хотя бы килограмм на семьдесят...
- Ты бы предложил мне свою любовь, - расхохотавшись, перебила Нелли.
-...Я бы предложил тебе свой банный халат, - невозмутимо продолжил Жоржик, - но теперь ты будешь ходить голой - и за твою толстую жопу, и за твой длинный язык. - Твои соседи будут чесать языки об мою жопу, - заметила Нелли.
- Вылезай, - сурово сказал Жоржик, - хватит плевать в мой колодец. - Но халат принес, и Нелли влезла в него наполовину - вторая половина осталась торчать.
Они разместились за столом, поставленным прямо на газоне, Нелли твердой рукой разлила в бокалы шампанское.
- Перестань спаивать ее винищем, - брюзгливо заметил ей Жоржик, кивнув в сторону Вальтро.
- Глоток шампанского никому не повредит, - ответила Нелли. - А вот, безделье повредит.
- Ей есть, чем заняться, - еще более брюзгливо возразил Жоржик.
- И чем же? - Нелли удивленно подняла брови. - У девочки есть голос, ты хотя бы занимаешься с ней сольфеджио?
- На фига ей сольфеджио! - начал заводиться Жоржик, этот разговор происходил уже не в первый раз и неизменно приводил его в раздражение. - Тебе дало что-нибудь сольфеджио? Мария Каллос рождается раз в сто лет, а певичек - как грязи. И у меня нет денег, чтобы раскручивать ее на эстраде.
- Да она в школу не ходит! - перешла в атаку Нелли, усмотревшая в словах Жоржика двойной намек в свой адрес. - Чему она может у тебя научиться, кроме сольфеджио?
- Всему, что надо, - огрызнулся Жоржик. - На фига ей школа? Для сколиоза? Ты чему-нибудь научилась в школе, кроме матюгов? Я не вынес из школы ничего, кроме мешка идиотских предрассудков.
- Да она вообще ничему не учится! - повысила голос Нелли.
- Нет, учится! - заорал Жоржик. - У нее есть все учебники, лингафонные курсы и программы, когда придет время, я заплачу, и ей дадут аттестат экстерном. Сегодня все учителя есть в персональном компьютере, только более качественные и без всяких персональных выгибонов. А в школе ее научат завидовать, презирать тех, кому не в чем завидовать, сосать за бабки и всю жизнь таскать на себе ранец, полный дерьма. - Жоржик перевел дух и залпом допил свой бокал, он был убежденным индивидуалистом, анархистом, эксгибиционистом, имморалистом, гомофилом и контрреволюционером.
- А если тебя хватит Кондратий, - вежливо спросила Нелли, - где она возьмет аттестат и паспорт, и денег, чтобы кинуть венок на твою могилу?
- Из ящика, который стоит у меня под кроватью, рядом с чемоданом, в котором я храню свои дипломы и порножурналы, - ухмыльнулся Жоржик. - А если не хватит, то со своего счета в банке. Или моего, который будет принадлежать ей вместе с домом, если я не пропью и то, и другое, до того, как сдохну. В отличие от тебя, - Жоржик показал все тридцать два своих швейцарских зуба, - ей будет, что кинуть на мою могилу, кроме пустой бутылки из-под водки.
- Я кину бутылку из-под шампанского, - небрежно заметила Нелли, поворачиваясь к Вальтро. - Валентина, деточка моя, почему ты до сих пор не подсыпала крысиного яду этому старому козлу?
- Я тебя уже тысячу раз просила не называть меня Валентиной, - сказала Вальтро. - А Жоржика крысиный яд не возьмет, и у нас тут нет крыс.
- Но, деточка моя, - Нелли всплеснула руками, - я говорила тебе уже тысячу раз, что Вальтро, которой окрестил тебя этот тип, - она ткнула пальцем в ухмыляющегося Жоржика, - это австрийская медсестра, которая удушила тридцать или сорок стариков.
- Ну и черт с ними, - сказала Вальтро.
Жоржик расхохотался.
ГЛАВА 4.
