— Убить могущественного колдуна?! — ужаснулся Коргалай. — Но ведь тогда его дух будет преследовать наше стойбище и мстить живым людям.
— Это уже моя забота, — значительно произнес Куманкул. — Добрые духи защитят вас от мертвого колдуна.
Угулак едва не поперхнулся чаем:
— Уж не хочет ли сказать великий шаман, что сам он не собирается сражаться с ЖИВЫМ колдуном?
— Именно это я и имел в виду.
— Но тогда кто же убьет колдуна?!
— Это очень хороший вопрос, — Куманкул прищурился, так что его глаза превратились в две узкие щелочки.
Оба охотника напряженно ждали продолжения фразы. Но шаман замолчал. Можно было даже подумать, что он уснул. Ни Угулак, ни Коргалай не решались нарушить тишину в чуме и этим выказать неуважение хозяину — мудрому и могущественному шаману.
Внезапно Куманкул широко раскрыл глаза и выкрикнул:
— Три дня назад я уже задавал этот вопрос духам!
Старые охотники вздрогнули и едва не выронили пиалы с чаем. Они не могли понять, почему шаман так возмущен, почти разгневан. Впрочем, следующая реплика Куманкула прояснила ситуацию:
— Почему с вами нет Мувлан-батара?
Угулак и Коргалай потупились и засмущались, не решаясь передать шаману точную причину отказа молодого строптивца.
Однако, похоже, Куманкул был в курсе происшедшего разговора. Он вкрадчиво и примирительно сказал старым охотникам:
— Вас я не виню. Мувлан-батар силен, ловок и удачлив. Он женился на самой красивой девушке побережья — на луноликой Таркендай. Успехи вскружили его голову. Он зазнался, перестал слушать старших, перестал почитать духов, забыл дорогу ко мне — старому никому не нужному Куманкулу…
Угулак и Коргалай издали протестующие возгласы.
Шаман заставил их замолчать одним движением бровей:
— Не спорьте! Я знаю, что Мувлан-батар не испытывает ко мне никакого уважения. Но я не обидчив и не злопамятен. Тем более я не могу сердиться на человека, которого указали духи. Да, да! Именно Мувлан-батар сможет победить злого колдуна и разрушить его чары. Так сказали мне духи!
С подобным утверждением трудно было поспорить. Старые охотники почтительно ждали дальнейших слов шамана. И слова прозвучали:
— Если бы Мувлан-батар пришел ко мне вместе с вами, то я бы уже сейчас рассказал ему, где найти злого колдуна и как его победить. Теперь вы должны вернуться в стойбище и передать Мувлан-батару наш сегодняшний разговор. Если этот молодой человек хочет спасти от холода, голода и смерти весь наш край, то он должен поторопиться ко мне. Время идет, а тепла все нет. И его не будет до тех пор, пока Мувлан-батар не убьет колдуна!
— А если Мувлан-батар откажется? — осторожно спросил Угулак.
— Если откажется?… — шаман вновь прищурился. — Тогда мы все умрем: и я, и вы, и ваши семьи, и все окрестные стойбища на тридцать дней пути. Умрет и сам Мувлан-батар, и его жена, луноликая Таркендай, и их пока еще нерожденный сын, которого Таркендай носит под сердцем. Вот так и скажите Мувлан-батару!
Ошеломленные и подавленные охотники поняли, что на этом разговор окончен. Жены Куманкула приняли из рук гостей пустые пиалы, помогли им подняться. Пятясь к выходу, Коргалай собрался с духом и задал вопрос, который мучил его на протяжении всего разговора:
— О, мудрый Куманкул! Позволительно ли мне будет спросить у тебя, как имя того злого колдуна, что остановил приход весны своими чарами?
— Его имя вам ничего не скажет, — с оттенком легкого пренебрежения ответил шаман. — Впрочем, я удовлетворю твое любопытство. Злой колдун носит прозвище Бегущий За Ветром.
Угулак и Коргалай с поклонами покинули чум Куманкула, встали на лыжи и поспешили в свое стойбище. Имя Бегущего За Ветром, действительно, было им незнакомо. На далеком побережье Северного океана, на самом краю Центрального континента никто не слышал о знаменитом волшебнике. Вернее, легенды о нем были давным-давно забыты.
Через шесть дней в ущелье Большого Белого Медведя возле чума шамана Куманкула появился молодой охотник Мувлан-батар. Несмотря на дальний лыжный переход он, казалось, ничуть не устал. Вся его стройная жилистая фигура излучала силу и кипучую жизненную энергию. Мувлан-батар был одет и снаряжен для дальней дороги. При нем были пальма (Пальма — копье, распространенное у северных народов, отличается толстым древком и широким колюще-режущим наконечником.), многослойный мощный лук, запас длинных стрел, большой нож длиной в два локтя и малый нож длиной с ладонь.
Куманкул, похоже, знал о приближении Мувлан-батара. Навстречу молодому охотнику из чума вышла его средняя жена Калока и почтительно пригласила Мувлан-батара внутрь. Несмотря на то, что Угулак и Коргалай постарались достаточно подробно пересказать Мувлан-батару свой разговор с Куманкулом, тот не поменял своего отношения к шаману. Он не принес даров, не трепетал от священного страха в жилище шамана, смотрел на Куманкула без особого почтения, да и разговаривал не слишком-то уважительно.
— Вот он я! Пришел! — с порога заявил Мувлан-батар, даже не поприветствовав, как полагается, почтенного шамана.
— Хорошо, я давно ждал тебя.
