Он вбежал в зал и увидел ее. Он хотел броситься к ней, сжать в объятиях, расцеловать, наговорить кучу ласковых слов. Но он увидел, как при его появлении женщина непроизвольно сделала шаг назад, и в ее глазах промелькнул ужас. Его радостное возбуждение мгновенно рассеялось. Бегущий За Ветром понял, что в который раз судьба посмеялась над ним: вновь его любимая женщина боялась его, сторонилась его, не любила его.
Стараясь не делать резких движений, как будто приближался к трепетной лесной лани, он подошел поближе и посмотрел на свою любимую. Она похудела и осунулась, под глазами залегли тени, губы, которые он так любил целовать, стали не такими припухлыми. Только вьющиеся русые волосы по-прежнему спадали на плечи густыми прядями.
– Я пришел, – хрипло выдавил из себя волшебник.
Его жена стояла, не решаясь поднять взор.
– Я пришел за тобой, – настойчивее повторил Бегущий За Ветром.
Теперь и она посмотрела на него:
– Ты по-прежнему меня любишь?
– Да, – просто ответил он. – А ты меня?
Она заколебалась и спросила:
– Сколько у тебя было таких… как я?
Теперь смутился он. Он не мог ложью унизить свою любимую, но и не хотел ошеломить ее правдой. Она правильно истолковала его молчание.
– Понимаешь, – с истинно женскими интонациями произнесла она, – я сильно изменилась за последнее время. Это похищение, потом бегство… Гвардо-Гвелли тоже изменился.
Бегущий За Ветром понял, к чему она клонит.
– Но он не сделает тебя своей герцогиней, – напомнил он.
– Мы столько пережили вместе, что он стал совсем-совсем другим. Если вы встретитесь и поговорите друг с другом… – Волшебник хищно улыбнулся, и она поняла, что сказала лишнее. – В общем, он обещал жениться на мне, если ты освободишь меня от супружеской клятвы.
– И пути назад нет? – тихо спросил Бегущий За Ветром.
– Куда назад?! – резко выкрикнула она, и волшебник понял, что его жена находится на грани нервного срыва. – У тебя позади тысячелетия и сотни женщин. А у меня всего лишь маленькая человеческая жизнь. И прожить я ее хочу как любимая жена, мать. Гвардо-Гвелли, действительно, полюбил меня. Правда, вначале я была всего лишь его увлечением. Но долгое путешествие, тяготы, страхи, лишения, сблизили нас. Теперь он раскаивается за свой нечестный поступок. Но он радуется, что смог добиться моей любви и сам смог полюбить. Мы с ним равны. Мы – люди. А для тебя я всего лишь одна из длинной вереницы женщин. Мои кости истлеют, а в это время ты будешь развлекаться с другой женой. Пойми, рядом с тобой я всегда буду считать себя всего лишь ручной зверушкой, забавной игрушкой. Конечно, ты можешь силой забрать меня, но, во имя нашей прежней любви…
– Во имя нашей прежней любви, – глухим эхом повторил Бегущий За Ветром, – я освобождаю тебя от супружеской клятвы.
Когда он произнес эти слова, его губы слегка задрожали, а взор затуманился подступившими слезами. Но волшебник постарался овладеть собой и не выказать того, что он считал слабостью.
– Так ты отпускаешь меня? – немного растерянно спросила она.
– Да, – ответил Бегущий За Ветром. – Я слишком тебя люблю.
– Обними меня… напоследок, – попросила она.
– Конечно, любимая.
Волшебник положил шест и сделал шаг вперед. В то же мгновение пол под ним провалился, и с изумленным воплем Бегущий За Ветром исчез. С металлическим щелчком замаскированная крышка люка встала на место, так что даже вылететь из специально приготовленной ловушки волшебник не смог. Рунический шест, словно потерявшее хозяина животное, безуспешно бился о прочную преграду. Женщина завизжала от ужаса. Шест едва не задел ее, просвистев всего лишь в сантиметре от лица.
Из потайных ниш в стенах выскочили темнокожие слуги Вих-Дар-Лохара и солдаты Гвардо-Гвелли. Если воины запада с диким ужасом смотрели на ожившую деревяшку, повидавшие и не такое на службе у колдуна подручные споро притащили сети, большие металлические щипцы и большую жаровню с раскаленными углями. Сам Вих-Дар-Лохар с азартом принял участие в ловле метавшегося по залу шеста. Герцог и Сардон в это время успокаивали бившуюся в истерике женщину.
– Вы же обещали! – кричала она. – Вы клялись, что если мой муж откажется от меня, то вы дадите ему уйти!
– Дорогая, – гладил ее растрепанные волосы Гвардо-Гвелли, – пойми меня, прошу. Нельзя оставлять на свободе этого опасного волшебника. Сегодня он пообещает одно, а завтра передумает и поступит наоборот.
– Так было надо, дочка, – успокаивающе говорил Сардон. – Надо, слышишь?
Рыдавшую женщину увели, а охота на шест еще не закончилась. Как будто живое существо, он некоторое время увертывался от множества рук, но удачно наброшенная сеть положила конец его полету. Шест зажали в щипцы и потащили к жаровне. Он отчаянно пытался вырваться, но слуги колдуна хорошо знали свое дело. Радостно сияя белозубыми улыбками, они вжали шест в мерцавшие от жара угли. Он несколько раз дернулся и замер, запылав чистым бездымным огнем. Вскоре зола от шеста Бегущего За Ветром смешалась с углями в жаровне.
Вих-Дар-Лохар склонился к полу и прокричал:
