Мы склонились над картой. Я примерно представляла себе географическое устройство мира, но именно что примерно – настолько детальная схема мне ещё не попадалась. Обозначения были интуитивно понятны, например, в долине с гаюсом барахтался нарисованный человечек, обглоданный наполовину. И такие же фигурки – полурастворившиеся, обугленные, переломанные, растерзанные – были разбросаны по всей карте. Мучения на крохотных лицах Нэккен изобразила до дурноты правдоподобно.
Весь центр занимали горы. Некоторые фрагменты я даже узнавала, потому что уже видела их прежде, с высоты полёта химеры, например, два чудовищных столба, между которыми плясало электричество. Чем ближе к северу и востоку – тем больше появлялось серых пятен – участков, словно бы подёрнутых туманом. К югу хребты становились всё более пологими, скалы переходили в побережье. Обитаемая полоса оказалась довольно узкой, и её почти сплошняком покрывали кляксы-поселения.
Тейт перехватил мою руку, блуждающую над картой, и остановил её над крошечным зелёным пятнышком.
– Здесь – деревня Диккери, – тепло улыбнулся он. – Помнишь? А вот тут, – он указал повыше, – долина, где мы сражались со свободным кланом за украденных детей. Вот тут пещера, где Итасэ держали… – Тейт осёкся.
Там же, в глубине гор, я впервые осознала, что такое резонанс… что значит – делать друг друга сильнее и полностью доверять.
Мы с тех пор сильно продвинулись вперёд, но отчего-то почти ничего не поменялось. Как поднялись на новую ступень, так с тех пор и бежали по ней вперёд – по широкой, как сама жизнь… Будет ли ещё рывок наверх?
– В пещеру, пожалуй, не пойдём. – Голос у меня звучал хрипло – я с трудом вернулась к реальности.
Эрнан странно посмотрел, словно ему вдруг стало больно, но снова промолчал.
– И не надо, – согласился Тейт. – Нам нужно сюда, – и он развернул свиток до конца, открывая нижнюю часть карты полностью.
Острова… Раньше мне казалось, что это что-то вроде побережья – узкая обитаемая полоса между опасными горами и не менее смертоносным океаном, за которым находятся земли, искалеченные древней войной. Но, если верить карте, оказывалось, что острова по размеру занимают площадь, сопоставимую с горами. Их очертания наводили на мысль, что некогда целый континент был расколот на мелкие части – и разбросан по бескрайним водам.
– Чем дальше на юг, тем более жестокие нравы, – спокойно заметил Тейт. – Я там не был. Магов на Крайних южных островах, которые по кромке, совсем не любят, есть даже такие люди, «голодные»… В общем, это тоже маги, но они жрут других магов. И они совсем дикие. И там все острова друг с другом воюют, еды-то маловато, рыба то кусачая, то ядовитая, полгода ветры – посевы сдувает. Но нам ведь туда ни к чему, да?
Эрнан, как ни странно, не выглядел шокированным информацией. Видимо, действительно успел навести справки – своими методами… А я хороша! Уже столько времени здесь обретаюсь – и до сих пор не знаю многих основополагающих вещей.
– Ты выживала, Трикси, – мягко заметил дядя, скосив на меня взгляд, и вернулся к созерцанию карты. – И становилась сильнее. Настолько сильной, чтобы теперь я мог себе позволить не тратить время на выживание – и сразу пойти дальше.
Я застыла.
Впервые после своего появления Эрнан заговорил о моём прогрессе в таком тоне – хоть между делом, но весомо, что ли… Словно сообщал невербально, в подтексте:
– Нам нужен остров Аленго, – продолжил он тем временем, уже обращаясь к Тейту. – Насколько я понимаю, это где-то здесь? – и он приласкал кончиками пальцев рассыпанные к западу от побережья острова.
– Вот он, – безошибочно ткнул Тейт в кляксу, похожую на отпечаток тощей ладони. – Каждый остров – это как бы государство, а название – имя правящей семьи. Деревни на побережье – они, ну, ничьи, поэтому часто никак не называются. Или там «Деревня-у-Мыса», «Деревня-на-Песке». Остров Аленго – значит, там правит семья Аленго. Я там рядом бывал, но давно и не один, – Тейт нервно облизнул губы, и разум у него потемнел – приоткрылась жутковатая бездна, которая почти не давала о себе знать в последнее время. – В общем, знаю не так много… Слушайте.
Его «немного» обернулось получасовым монологом, который изрядно походил на инструктаж для офицеров по безопасности, вновь прибывающих в страну.
