Первым делом я крепко прижал к себе Арину. Не затем, чтобы, как романтический герой, поцеловать ее посреди бойни, а с более практичной целью — так она попадала под защиту моих щитов. И соответственно большая часть энергетического оружия ей теперь была не страшна.
Ну теперь ближе к делу… Перед моим внутренним взором всплыл план этажа. Пора убираться отсюда.
Сначала я убил прямо через стены двух охранников, которые там находились. Как? Да очень просто — оборвал им телекинезом все связующие каналы мозга с хребтом. К сожалению, подобное я могу сотворить не далее чем в трех метрах от цели — это требует высокой концентрации и множества ментальных сил.
Ну, ничего — для дальнего боя у нас найдется что противопоставить. Вот как сейчас, например…
Из-за угла выскочили еще трое охранников. Двое тут же получили по плазменному заряду, а третий — точно в центр лба (благо эти гамадрилы-переростки понадеялись лишь на защиту от энергетического оружия) стальной шарик, разогнанный одним только телекинезом. Ага, живая, ходячая и рогатая гаусовка…
Но на этом противники не кончились — было бы слишком просто. А потому из потолка упали четыре полуметрового диаметра хромированных шара. Я мрачно выругался. То, что нам противостояло, было очень мерзким противником.
Почему? Все очень просто.
Перед нами были боевые дроны стигийцев. Прочная броня защищала от кинетического оружия, а зеркальная поверхность неплохо отражала импульсное. Ко всему прочему они имели плазменные щиты наподобие тех, что были у десантных отрядов…
Собственно говоря, эти роботы и были десантными, так как их создатели отличались повышенной хрупкостью. А потому выкручивались за счет боевых роботов. В чем, к сожалению, достигли определенных успехов.
Но самое мерзкое, что при таких характеристиках они обладали еще и оружием как ближнего, так и дальнего боя.
Одним словом, очень сложный противник. В особенности тогда, когда с тобой незащищенный спутник.
Единственный их недостаток, который сейчас мог стать для нас спасением, — это длительная для боевого механизма активация — все-таки подразумевалось, что их будут запускать с дружественного корабля, а не среди скоротечного боя…
Благодаря этому у нас есть шанс остаться в живых.
Но пока я обдумывал эту мысль — тело действовало самостоятельно. Вскинув руку, я послал мощнейший телекинетический удар по ближайшему дрону. Его отбросило в противоположный конец коридора и впечатало в стену. При этом двоих, что оказались на его пути, разметало в стороны.
Вместе с этим я метнул левой рукой виброклинок в сферу, что была чуть в стороне и под удар не попала. Мое оружие, направляемое в полете телекинезом, вошло в дрона по рукоять, достав до небольшого плазменного реактора…
И, не дожидаясь, пока тот сдетонирует, я, подхватив Арину на руки, ломанулся с крейсерской скоростью прямо по коридору, в конце которого было окно. Впереди меня летели шарики из обедненного урана, разогнанные моими заплечными орудиями. Они-то и разнесли кристаллизит — все-таки никто не подумал, что по нему будут стрелять именно такими снарядами — кинетическими, да еще и взрывающимися… Почему я не расстрелял нашу клетку подобным образом? А я что — совсем псих? Мало того что убило бы Арину, так еще и мне бы досталось…
Но я в очередной раз поражаюсь недальновидности космических рас — почему, если появилось энергетическое оружие, сразу же забывают о кинетическом? Тот же лазер легче и надежней, да к тому же бесшумен… Но это не всегда главные требования. Вот как сейчас, например…
Впрочем, что это я? Будь по-другому — нам оказалось бы сложнее выбраться наружу… А так…
А так я просто проломил плечом покрывшееся мелкой паутинкой трещин окно и рухнул в бездну с семисотого с чем-то там этажа небоскреба.
Девушка у меня на руках лишь тихо охнула, когда мы стали падать, — все же у нее удивительная выдержка для бескрылого существа. Да еще если учитывать, что перед этим в нас хорошенько постреляли, а у нее не было даже минимальной защиты. И дроны, даже не успевшие активироваться, тоже действуют на нервы далеко не самым положительным образом…
Ранец, выглядящий как горб на моей спине, со щелчком изменил конфигурацию, как бы съеживаясь и становясь
Сзади громыхнуло — это взорвался реактор дрона, а вместе с ним и немалый его боезапас.
Самым сложным было расправить крылья так, чтобы их к… моей бабушке не оторвало. И это когда земля очень быстро приближается.
Так что сначала я выпрямил крылья и лишь потом, напрягая мышцы перепонки, «натянул» ее между костяными пальцами. А параллельно с этим я должен был изо всех сил напрягать свои биогравы, чтобы уменьшить скорость падения… И это-то при двойном весе. Короче говоря — задачка еще та…
Рядом что-то взорвалось, и нас кинуло к стене небоскреба.
