Белая Башня полностью

– Я отправлю двух своих ребят с вами, – добавил Барнур. – Они и дорогу покажут, и защитят. Тут до Дуондура недалеко – чуть больше мили.

– Передайте всем магам, мастерам рун и зачарователям, – проговорил Каладиус. – Всем, кто знаком с магией. Пусть направляются сюда. Если будет нападение, то все они тут понадобятся. Хотя…, – замялся маг. – Нельзя оставлять город без защиты. Пусть двое из каждых трёх идут сюда, а остальные останутся в Дуондуре.

– Передадим, – кивнул Бин, хотя маг, скорее всего, обращался к гномам.

– Удачи, друзья мои! – Каладиус крепко пожал руку обоим. – Надеюсь, скоро свидимся.

С тяжёлым сердцем направились Бин и Мэйлинн вглубь гномьих тоннелей. Почему-то так получалось, что их тесный союз вдруг стал всё больше распадаться.

***

– Есть ли у вас голубь, чтобы послать императору? – резко спросил Каладиус.

Они стояли на стене – он, Варан, Пашшан и Барнур с парой гномов, вглядываясь вдаль. Стояла тишина – маг напряжённо о чём-то размышлял, и никто не хотел его отвлекать. Но вот молчание было прервано.

– Есть голубь, как не быть! – с готовностью ответил Барнур.

– Отлично. Позвольте мне послать голубя в Шатёр. Может быть, в итоге я окажусь лишь старым параноиком, дующим на воду… Видят боги – я бы хотел этого больше всего на свете. Но пусть уж лучше император позже посмеётся над моими страхами, чем я буду корить себя до конца своих дней.

– Спустимся вниз, мессир, – предложил гном. – Там – голубятня, там же – перо и бумага.

– Вы правы, – кивнул Каладиус и быстро зашагал к спуску.

Внизу ему быстро подали небольшую тонкую бумагу, какую обычно прикрепляли к лапке голубя, а также специальное тонкое перо. Подумав, Каладиус написал следующее:

«Ваше Величество! Хотел бы я ошибиться, но, боюсь, всё указывает на то, что вашей власти вновь угрожают маги. У меня есть серьёзные опасения, что некроманты готовят освобождение Паториуса и новый государственный переворот. Примите все необходимые меры. Усильте магическую защиту дворца. Очень надеюсь, что вы можете верить чернокнижникам. Как только разузнаю всё определённее – сразу направлюсь к вам. С уважением – Каладиус»

Письмо было тут же убрано в специальное полое кольцо, которое было одето на лапку голубя.

– Я зачарую птицу, так что он доберётся до дворца всего за пару дней, – сообщил маг распорядителю голубями. – Хочу предупредить, что голубь, к сожалению, после этого умрёт.

– Делайте, что сочтёте нужным, мессир, – ответил тот. – Дело ведь особое.

– Вы правы, – Каладиус сделал пару пассов над голубем и отпустил его.

Птица взвилась в небеса, маша крыльями с, казалось бы, невозможной скоростью. Мгновение – и голубь превратился в точку на небе, а затем и вовсе исчез из поля зрения.

– Некромантам его не перехватить, – удовлетворённо пробормотал маг, глядя в пустое уже небо. – Но что, во имя Первосоздателя, с чернокнижниками? Что Алтисан? Неужели старый дурак попался на удочку?

Каладиус мерил шагами двор крепости, бормоча про себя. Он раз за разом вспоминал тот разговор с магистром, когда Алтисан говорил об идеях Паториуса. Неужели Каладиус не распознал измену, и то, что он счёл пустой пьяной болтовнёй, на деле было чем-то бо́льшим? Или же заклинатели демонов, как обычно, предпочитали действовать в одиночку? Судьба Малиллы сейчас во многом зависела от того, остались ли верны ему чернокнижники.

– Глупый старый Алтисан, – бормотал Каладиус. – Оставался бы ты со своей рваной сетью, потому что джинн, которого ты, возможно, держишь за хвост, окажется сильнее и хитрее тебя…

Через некоторое время Каладиус, видимо, на что-то решившись, резко остановился, развернулся и вновь направился к голубятне.

– Мне нужен ещё голубь, чтоб послать в башню Кантакалла, – сообщил он распорядителю.

– Слушаюсь, мессир, – гном без лишних разговоров бросился выполнять поручение.

Каладиус же, тщательно взвешивая, написал несколько слов.