Живые снаряды смерти стали последней каплей для большинства воинов Простора, те побежали кто-куда лишь бы подальше и побыстрее. Возвращающиеся обратно всадники по итогу натыкались на собственных же товарищей, частично давя и застревая среди потока бегущих в страхе тел. От дружеского огня, даже со всеми приготовлениями, никто из людей Эдмунда не был защищён, а потому уже вскоре начали появляться первые раненые и убитые. С ранами справлялась святая вода, а вот смерть уже было невозможно вылечить. Впрочем, даже и так, успех операции был небывалым, особенно в сравнении численности нападавших и защищавшихся.
В какой-то момент большая часть людей, что так и не побежала, сместилась в центр воинского лагеря, к шатру Тирелла и малых лордов, т.е. командованию. Гарденер направился следом при молчаливой поддержке своих соратников. Ничто не могло его уже остановить. Некоторые люди, которые очень сильно хотели выжить отступали с пути Эдмунда и бросали на землю оружие, выражая таким образом капитуляцию, но наследник Дубового трона был здесь не затем, чтобы брать пленных или подчистую вырезать своих непосредственных будущих подданых, которые сейчас сражались на стороне его противника. Нет, Эдмунду нужен был только полный разгром Осадника и не более того.
Мейс Тирелл уже ожидал его. Компанию верховному лорду Простора составляли малые лорды из числа доверенных ему людей, что выступали последним щитом и заслоном против сил противника. Впрочем, толку от них было не особо много против бушующих сил самой природы. Неуловимое движение руки и вот, корень, практически с целое дерево, сбивает охранение с ног, чудом не задевая лорда Хайгардена, который свалился со своих ног от банального страха и дрожи. Люди бегут, кто-то пытается встать, некоторые решают до последнего защищать своего лорда, однако, цель достигнута – враг разбит и представляет собой жалкое зрелище.
Их глаза встречаются. С трудом, но Мейс узнаёт лицо, что будет ему теперь сниться в ночных кошмарах, лицо человека, что опозорил его перед королём уже дважды и разбил его надежды на славу и почитание. Гарденер ничего не говорит, не улыбается, скорее его взгляд осуждающ и безэмоционален. Нет в молодом лице последнего Гарденера вызова, только укор. За что конкретно нельзя было сказать, но в голове и пред глазами Тирелла проносилось множество вещей, за которые он быть удостоен подобного взгляда.
За то, что повёл людей на смерть и не отступил. За то, что посмел поставить свои интересы выше интересов Простора и церкви. Самонадеянность, глупость и нерешительность. Многое из этого проносилось у Мейса Тирелла в мыслях, то, что он старался никогда не замечать или не слышать. Наконец ему вспомнились слова этого человека и история его собственной семьи. Впервые в жизни верховный лорд Простора подумал, что находиться всё это время не на своём месте. Не по праву, а по ошибке, жестокой ошибке.
Эта сцена длилась всего лишь мгновение, прежде чем Эдмунд подал знак свободной рукой. После чего из-за спины избранника Семерых появился Гарланд, которому было доверено нести личное знамя наследника Дубового трона. Сейчас все присутствующие, как никогда ранее, стали понимать, что их противником всё это время выступали не обычные крестьяне, а тот, кто мог по праву приказывать им ничуть не меньше, чем представитель дома золотых роз. Лица обычных людей и малых лордов заворожённо застыли, глядя на картину, которая развернулась перед ними. Вся эта сцена словно бы обладала над присутствующими просторцами магической властью.
Прошло не так много времени, прежде чем Эдмунд развернулся и жестом приказал своим людям возвращаться назад. Никто так и не произнёс ни слова. И без них было понятно, что сегодня Тиреллы испытали самое болезненное и позорное поражение в их истории. Словно олицетворяя данную мысль прекрасный шатёр Мейса Тирелла рухнул, задетый одним из древесных корней. Препятствовать отходу Гарденера и его людей никто не стал, да и не мог бы. Уж точно не сейчас. Люди были разбиты и опустошены. Под гробовое молчание живых, стоны раненых и разгорающийся пожар, избранник Семерых покинул просторский лагерь также, как и пришёл – на своём коне. Победитель взял своё и горе было проигравшим. От некогда грозного войска осталось, дай Семеро, едва десятая часть от изначального количества. С такими силами Хранителю Юга уже никогда не взять Королевскую гавань, прейди он туда сейчас, то станет посмешищем в глазах короля и Малого совета.
