- Титус, друг мой, позволь представить тебе моего брата и его старшего сына. Гаррет и Гарланд Фланы, к твоим услугам. Буквально на днях я поминал тебе их приезд, но ты должно быть помнишь. Годы назад они встречались с Марго и сейчас очень скорбят об её утрате вместе с тобой. Разделяя печаль, они прибыли сюда, чтобы выразить своё почтение и глубокое уважение твоей утрате. – в своей извечной манере представил родственников лорд Ромашкового поля. От взгляда Гарденера не укрылось то, что седой мейстер с обрюзгшим лицом и крепкосложенный русоволосый кастелян замка едва заметно дернулись от голоса Олдфлауэрса. Должно быть лорд Аллан успел присесть на уши многих домашних Звёздного Пика.
- Фланы, да? Помню, как не помнить твоего брата-бастарда и его отпрысков. – скрипучим голосом произнёс почти облысевший сухой и жилистый лорд замка. Взгляд его бледно-серых глаз явно говорил о проблемах со зрением, но тот своим видом этого никак не показывал. В голосе лорда слышалось отчётливое презрение к их персонам, которые на несколько мгновений разделил и септон, но быстро исправился, напустив на себя вид благодушный и искренний. Было в нём что-то слегка мерзковатое, может быть связанное с слегка заискивающим взглядом, которые тот бросал на лордов Пика и Олдфлауэрса. – У них что, нет своих ртов, раз ты говоришь за них? – продолжил мужчина без всякого намека на расположение.
- Брось, друг мой. – как ни в чём не бывало продолжал говорить лорд Аллан, что взмахом руки чуть позади себя настоятельно посоветовал им пока помалкивать. – Мой брат уже давно лишился этого позорного клейма королевской волей. А молчат они от того, что пребывают в глубоком шоке и грусти от навалившихся на них известий и событий. Им прекрасно известно о твоём суровом и благочестивом нраве, а потому они хранят глубокое и уважительное молчание к твоей утрате. – ручьём разливался перед лордом Звёздного Пика Олдфлауэрс.
- Клеймо, снятое безумным королем Таргариеном, таковым не считается. – проскрипел лорд Пик, нисколько не впечатлённый словами лорда Аллана, видимо уже давно привыкший к подобной манере общения или же просто будучи непрошибаемым в силу характера и возраста.
- Замечу, что тогда он ещё не был безумцем, мой друг. Потому твои нападки звучат лишь как ошибка скорбящего разума, но уверяю тебя, что ни один из нас не держит на тебя обиду в столь мрачный час. – сохраняя абсолютное спокойствие отвечал на нападки набожного лорда Олдфлауэрс. Седые брови лорда Пика с небольшими проплешинами нахмурились. Его вроде и обвинили в предвзятости, а вроде бы мгновенно её объяснили и простили. Сложно как-либо реагировать на нечто подобное.
- Боюсь лорд Олдфлауэрс прав, милорд. – подал голос септон, что, судя по взгляду остальных ближних людей лорда, мог позволить себе лишь он один. – Заветы Семерых прямо говорят о том, что только полноправно избранный король на Железном троне может даровать прощение великому греху и наделить ублюдка статусом равным или законным в глазах мира. – на одном дыхании произнёс всё это септон, показательно целую цепочку с серебряной семиконечной звездой на своей шее.
Полнота данного индивида прямо указывала на то, что он относился к жрецам нового порядка лишь опосредовано и в малой степени разделял их идеалы, склоняясь к мирским делам. Гарденер нисколько бы не удивился, узнав о том, что местный септон активно поддерживал королевский порядок во время Восстания Праведных, которое возглавлял его непосредственный духовный наставник и самый старший жрец в иерархии церкви. Эдмунд не сомневался, что при нынешнем мироустройстве подобный вид служителя церкви был почти вымирающим и организация уже достаточно скоро это поймёт.
Да и высказывание его было достаточно спорным. Оригинальное учение он трактовал слишком вольно, ибо согласно анналам церковных летописей возможностью лишить человека статуса бастарда мог обладать только верховный септон или верховный король андалов. Только два человека на многотысячное население, которое совершало ошибки в своей жизни при любом раскладе. Поэтому со временем, после ассимиляции, это право стали давать любому общепризнанному главе андальского королевства. И только после Завоевания Эйгона и поражения Восстания Церковного воинства эти права стал носить исключительно король на Железном троне, но не потому, что так было сказано в писании, а по праву парня с сильной дубиной в виде огнедышащих чудовищ.
- Ладно, - неожиданно покладисто согласился со словами жреца Титус Пик. – Меня больше интересует, где младший сын и что произошло с первым? – задал он резонный вопрос сторону Гарденера и его лица. – Почему он выглядит так будто его приложили ночным горшком по голове? – по мнению Эдмунда данный вопрос был большой ошибкой со стороны лорда Звёздного Пика.
